Предсказанная смерть. Шпионки на службе Екатерины Медичи

Луиза

Неужели он никогда не оставит ее в покое? Сердце Луизы оглушительно билось, пока она поднималась по лестнице к себе. Только войдя, она наконец смогла выдохнуть. Казалось, она задержала дыхание, едва Габриэль де Монтгомери возник на лестнице. От того, что прочла она в его бледно-голубых глазах, все внутри похолодело, до самых кончиков пальцев. Лишь овал лица смягчал его воинственный вид. Наверняка он подстерегал ее всю ночь, как охотник подстерегает добычу. Подумав так, она вздрогнула от тревоги. Ей не следует его бояться. Он капитан королевской стражи и, в конце концов, отвечает за безопасность в Лувре. К тому же она знает его с детства. Они росли, играли вместе, кочуя вместе с королевским двором из Фонтенбло в Блуа, из Шамбора в Амбуаз. Но когда у нее округлилась грудь и наметилась талия, он взглянул на нее глазами мужчины. С тех пор она избегала его. И если соблазнять пажей и оруженосцев стало для нее забавой, то с ним, напротив, все было не в шутку. От него веяло опасностью, неясной, но тревожащей. Однако, едва она вспомнила, как сильные руки схватили ее на лестнице, жар пробежал по ее телу до самых волос. Но она прогнала это чувство, тряхнув головой. Она не сомневалась: с ним она бы пропала.

Войдя в спальню, она обнаружила ванну, которую приготовила ее служанка Фанфи – женщина с обильными светлыми локонами, которые она пыталась обуздать, делая немыслимые начесы. На самом деле Фанфи звали Франсуазой, но Луиза называла ее так с самого детства, едва начала лепетать. Она была ей кормилицей, а когда девочка выросла из пеленок, стала горничной, под тем предлогом, что после стольких господских отпрысков грудь ее уже ни на что не годилась; на самом же деле она привязалась к Луизе сильней ее собственной матери и не вынесла бы расставания. В детстве Луиза восприняла эту новость как нечто естественное; и лишь повзрослев, смогла оценить единившую их близость, сродни общей тайне.

Луиза протянула ей рыжий парик. Служанка убрала его в невысокий комод, надев на тряпичную голову рядом с его собратьями, от темно-каштанового до яркого, почти алого. Затем Фанфи по одной извлекла шпильки из волос госпожи и распустила плотно заплетенные вокруг головы светлые локоны. Луиза поводила головой, и золотистые кудри упали на плечи. Служанка сняла гревшееся над каминными углями ведро с водой и вылила его в ванну, где уже плавали лепестки роз. Дохнуло ароматным цветочным паром.