Мариана не знала, чему удивляться больше – тому, что незнакомец назвал ее по имени, или известию о предстоящем взрыве. На лице парня было написано крайнее отчаяние, и она решила, что перед ней террорист.
– Вы помните наш разговор? – неожиданно спросил он.
Мариана была готова к тому, что парень станет задавать обвиняющие вопросы, скажем, о пагубном влиянии ускорителя на экологию или об этической стороне проекта «Релив». Как любой ученый, она привыкла к подобным нападкам. Или даже задай он конкретный вопрос (например, «Зачем вы принесли фотографию?») – Мариана и то поняла бы. Но… помнит ли она разговор?
– Я… – лихорадочно соображала она, что ответить.
Судя по безумному виду парня, беседа предстояла не из легких.
– Нет, не помню. Извините.
Она покосилась на дверь, но та была прочно заперта, выход в коридор недоступен. Ни Беккет, ни гости, скорее всего, даже не заметили отсутствия Марианы.
– Когда мы с вами разговаривали? – осторожно спросила она.
– Когда были здесь в прошлый раз.
«Час от часу не легче», – подумала Мариана.
– Вы меня с кем-то путаете, я никогда здесь раньше не была.
«Что может вызвать взрыв? Бомба? Диверсия?» – стучало в мозгу.
– Послушайте! Я не сомневаюсь, что у вас веские причины. Но зачем причинять вред?
– Да не собираюсь я никому вредить. Я спасти всех пытаюсь! Вы ничего не помните…
Вверху замигали желтые лампочки сигнализации. На мониторах появилась ярко-красная надпись: «Опорная стойка QL89: нарушение структурной устойчивости».
Мобильное устройство, висевшее у Марианы на шее, загудело, и раздался бодрый голос Дэвида:
– Аварийная тревога! Пройдите к ближайшей зоне эвакуации. Следуйте моим указаниям. Повернитесь лицом к двери справа…
Мариана и сама была бы рада убраться отсюда. Обстановка совсем не походила на обычное лабораторное испытание. Пол начал вздрагивать от ритмичных ударов, и она схватилась за панель, чтобы устоять на ногах.
– Неужели не помните? – горячился техник, мотая головой и кусая губы. – Вот этот наш с вами разговор. Помните? Нет?
– Да я никогда с вами раньше не разговаривала!
– Не раньше – а сейчас, теперь. Наш разговор – разве не помните?
Мариана вконец растерялась. Внезапная мысль о том, что перед ней сумасшедший, заставила на минуту забыть и грохот, и ходящие ходуном стены.
– Вы хотите сказать… – Она прерывисто втянула воздух. – …то есть… о чем мы сейчас говорим? О бомбе?
– Боже мой, да какая бомба? Об этом и речи не было.
Мариана стояла в полном замешательстве.
– Картер! Меня зовут Картер. И в прошлый раз у меня был синий блокнот.
Он потряс перед ней блокнотом в красной обложке.