Войд. Том 5. Спустя год

Глава 16

Кротовая нора. Стоя на расстоянии, так, на всякий случай. И всё равно, если тут хоть один снаряд сработает, хана нам всем разом. Все, кто есть сейчас на корабле, умрут. Это не есть хорошо, вообще не хорошо. И из-за этого нервы были на пределе. И не только у меня. Коррозия тоже нервничала, это было видно по её рваным движениям, по дрожи её пальцев, по частым взглядам в мою сторону.

Кротовая нора была стабильна, она выделялась среди прочего интерьера своей идеальной круглой, ломающей пространство формой. Но была ли она круглая и где был у неё центр? Вот это был интересный вопрос. Но не своевременный. Ибо голова просто хочет отвлечься от того, что мы можем сейчас все умереть. Но всё же Коррозия начала просовывать руку в результат моей способности, вся напряглась и применила свою способность, после чего быстро вытащила руку.

Если бы я смотрел в её глаза, то увидел бы, что она крепко зажмурилась.

Секунда…

Две…

Три…

— Получилось? — удивлённо спросила она, не веря тому, что не было взрыва.

— Похоже на то, — кивнул я, деактивируя свою способность, тем самым возвращая взрывчатку на её прошлое место, ибо, если не вернуть, оборвутся провода, и тогда всему хана!

И так по очереди мы шли от снаряда к снаряду. На двадцать шестом, наверное, я сбился, даже не стал считать дальше. Их было не просто много, а очень и очень много. Основательно успели тут всё заминировать эти уроды, пока мы зачищали корабль, вытаскивали своих, захватывали управление.

В какой-то момент мы оба решили отдохнуть, просто присели возле одного из деактивированных снарядов и смотрели в никуда. Даже говорить не хотелось. Эмоциональное напряжение выжигает какие-либо хотелки, кроме хотелки отдохнуть. Вот мы и сидели минут двадцать или около того и просто отдыхали.

— Дальше? — через какое-то время повернул я голову к Коррозии.

— Дальше, — кивнула она и стала вяло подниматься на ноги.

И так мы шли от снаряда к снаряду. Всё дальше и дальше. Всё больше и больше. Сколько их было? Сотни? Тысячи? Я не считал. Много. Чертовски много. Словно эти дебилы сразу готовились взорвать к чертям свой корабль, но что-то пошло у них не так. Но мы всё шли и шли. Прерывались на отдых, и снова шли окислять взрыватели.

В голове сами собой начали всплывать мысли о смысле жизни, о смысле бытия. А надо ли нам разминировать эти боеприпасы? Всё равно не будем трогать, и они не взорвутся. Главное — оставить в состоянии покоя. А если случайное короткое замыкание? Тогда всё. А если нет? А что если это всё просто игра нашего больного и уже вусмерть уставшего головного мозга? Может, всё нам это кажется? Может, тут нет двух сотен топливных баков с десятком зарядов на каждом. Может, даже больше.

— Последний… — опёршись головой о топливную цистерну сказала Коррозия, вытянув руку к снаряду, даже не дожидаясь того, что я отправлю его у открытый космос.

— Стой! — попытался я применить способность, но девушка применила свою несколько раньше.

— Поздно, — крайне умиротворённо сказала она, после чего сползла всё в таком же положении вниз, полностью распластавшись, устало и вяло добавив, — Ура-а-а-а…

И всё же я не разделял её радости. Мы спокойно могли пропустить один снаряд, могли где-то ошибиться. И тогда любое наше дальнейшее действие с этой чёртовой взрывчаткой приведёт к тому, что тут всё рванёт. Я обошёл все снаряды один раз. Коррозия всё лежала. Потом ещё раз. Она перевернулась на спину и раскинула руки в стороны. Третий раз, она уже сидела возле топливного бака и, молча, наблюдала за мной. И каждый раз я не видел каких-либо нормальных снарядов. Везде взрыватели были ржавыми.

— Вроде все… — уселся я рядом с ней.

— Тогда… — выдохнула она, подняв руку вверху, — делаем так.

Сначала я не понял, зачем она подняла руку, но, когда она её опустила с куском провода, меня на короткое мгновение охватила паника. Меня тут же залило холодным потом. В мыслях начала бегать предательская мысль, что мы всё-таки что-то пропустили… но…

Секунда…

Две…

Три…

— Получилось? — удивлённо спросила она, словно сама себе не верила.

— Ага, — отрешенно сказал я, после чего невольно улыбнулся.

Жалко наши лица были закрыты шлемами, и мы не могли их снять, чтобы поделиться своими эмоциями. Всё же это большое дело — разминировать все топливные баки, на которых было установлено множество взрывчатых снарядов для надёжности.

Но в итоге мы вскочили и устроили какое-то дикое представление. Наверное, со стороны мы сейчас выглядели как маленькие дети. Но был повод радоваться. Была проделана колоссальная работа, мы разминировали больше двух тысяч снарядов. И при этом я ни разу не упал в обморок от истощения. Что странно.

Я завис. А потом зависла Коррозия. Я за временем не следил, когда мы делали эту работу, просто шли и делали. Шли и делали… в итоге…

— Какого хрена⁈ — удивился я, смотря на счётчик времени и даты своего интерфейса. — Четверо суток прошло⁈ Как мы от жажды не сдохли⁈

— Вот я тоже удивляюсь, что так много времени прошло, а я даже спать не хочу…

— Стоп. Меня должен был накрыть откат от способности… — только начал говорит я, как почувствовал, что земля начала уходить из-под моих ног.

Как же хорошо внутри брони… уютно и мягко… и при падении не так больно… вот только лёг я что-то неудобно… надо поспать…

— Эй… — перед моими глазами что-то двигалось, что-то желтоватое… и щёлкало. — О, начинает следить. Есть контакт!

— Может, стянем с него капельницы? — мужской голос раздался где-то с боку, но сил повернуть голову у меня не было. — А то он неделю на них уже лежит. Если глаза открыл, то, может, ему нормальной еды дадим?

— Да он не шевелиться, придурок! — возразил мужскому голосу женский, который говорил первый, а рука стала вместо того, чтобы двигаться перед моими глазами бить меня по щекам. — Да приди ты в себя уже, чёртов герой! Хватит дрыхнуть! Нам управление над кораблем нужно, а ты всё спишь и спишь!

Я пытался двинуться, хоть чуть-чуть, честно. Но не получалось. Просто тело не хотело совершать никаких движений. Но мир перед глазами я видел отчётливо. Предо мной сидела девушка из отряда поддержки, чей позывной был почти не произносим. Яркие голубые глаза, острый и длинный нос, острые скулы и убранные в конский хвост тёмные волосы. Глаза смотрелись немного не к месту, но я на них буквально залип. Они были буквально единственным, что не давало мне снова провалиться в сон. Ну и удары по лицу тоже.

— Я… — смог выдавить я из себя первое слово, что обрадовало и девушку, и меня. — Я…

— Ну-ну, что ты? — продолжала она колотить меня, только уже чуть слабее.

— Я… че… чер… Да чтоб его черти драли! — рыком вырвалось у меня, после чего я замолк и удивился.

— О! Он созрел! — мужской голос явно принадлежал Пульсару, который сейчас издевался надо мной. — Может, и двигаться может?

— Двигаться он не сможет ещё по крайней мере несколько дней, — монотонным голосом сказала девушка. — Если не больше. Его организм прогнал столько АТФ через себя, сколько даже опытным бойцам не снилось. Коррозия до сих пор в себя не пришла. Как бы она в кому окончательно не впала. А вот Войд… я удивлена, как он вообще не умер.

— Просто он круче, чем кажется на первый взгляд, — усмехнулся Пульсар, после чего послышались звуки открывающихся автоматических дверей, и он покинул помещение.

— А мы уже набрали кислорода? — удивлённо спросил я, вертя глазами в разные стороны и не видя преград со сторон в виде шлема, да и на девушке не было шлема. Хотя девушкой её называть было неуместно, ей было уже за сотню лет, если верить всплывшей справки около нее.

А откуда у меня справки возле людей, входящих в систему?

Войд. Звание — Прелегус.

— Вот это ни хрена себе! — удивился я. — А когда мне такое счастье перепало стать Прелегусом? Я же даже не закончил чёртову Академию!

— Как я поняла, тут у каждого система сама определяет, какому званию ты соответствуешь, — пожала плечами Юнона, если верить справке. — Когда появились Бродяги, точнее система Бродяг, система стала чуточку… своевольней. Сейчас система двадцати четырёх бойцов объединилась сама в одну локальную и решила перераспределить звания. Вот тебе и досталось звание Прелегуса. Твой друг стал Цестусом. Моё звание не изменилось, тоже Цестус. Скорее всего, это благодаря твоим заслугам и статусу в нашем отряде и в системе Бродяг в целом.

— Прикольно… — усмехнулся я. — А что там по поводу управления линкором?

— По этому… — нахмурилась девушка. — Пилот не может совершать дальнейшие прыжки. Система блокирует, когда остаётся меньше двадцати процентов топлива. Это ограничение установил прошлый командир этого корабля. Необходима дозаправка или снятие ограничение. Можно просто уменьшить.

— А куда ушло топливо? — удивился я. — За неделю вроде не должно было столько уйти при полёте по одной звёздной системе.

— А кто сказал, что мы во всё той же звёздной системе? — лукаво посмотрела на меня она, после чего уже промелькнула улыбка. — Мы сделали около трёх десятков прыжков. В общей сумме преодолели чуть больше тысячи световых лет. Знак клана Греев не снимали с борта. Специально. Твои мысли, как пояснила система, сформировали задачу. Мы под видом клана Грей сейчас уже уничтожили несколько добывающих кораблей и станций местной цивилизации. Не особо крупные преступления, но репутацию подпортили Греям это однозначно.

— Славно-славно, — улыбался я. — Есть ещё хорошие новости?

— Есть, — кивнула Юнона. — Почти полностью восстановили систему подкачки топлива. Осталось сделать пару штрихов. Несколько штатных работников, что согласились служить нам, нашли компенсационные методы восстановления. Умный металл пока не трогали, но без него, по всей видимости, не обойдётся. Ещё одна причина, по которой тебя ждали. Принимаешь решения в нашем отряде ты.

— Но у нас же были ещё старшие прелегусы, — удивился я. — Почему они не могут это сделать?

— Они все мертвы, — опустила она взгляд. — Танк, Варяг и Провидец. Вот и все старшие прелегусы в нашем отряде. Опытные и умные бойцы были. Есть прелегусы, но по статусу ты — самый главный сейчас. Так что решение за тобой. Так даже всеобщим собранием было определено.

— На планету, как я понял, — говорил я медленно, ибо начал чувствовать пальцы, но шевелить ими так и не получалось, — мы тоже залетали.

— Да, — кивнула она. — Пополнили запасы всего, что только можно пополнить на дикой планете. От патрулей и систем слежения пока успешно скрываемся, но так долго продолжаться не сможет. Боеприпасов, кстати, на корабле тоже не особо много. Линкор, как оказалось, после ремонта должен был улететь в сторону базы снабжения, если верить полётному заданию. Но не смог. Сорвали этот полёт. И оставили этот корабль с запасом боеприпасов примерно в треть. Может, было больше, когда мы ещё не напали.

— Ладно… — ещё раз попытался двинуться я, но ничего не вышло. — Меня кто-то сможет доставить на мостик? А то я как-то устал в таком положении находиться.

— Ты только проснулся, — вскинула вверх она одну бровь.

— И что, — возмутился я. — Не люблю лежать без дела. Если могу принести пользу даже в таком состоянии, то лучше я это сделаю.

— Сейчас кого-нибудь позову, — выдохнула она. — Может, твоего же друга.

— Буду благодарен.

Что-то ткнув пару раз на пульте возле меня, который я не видел, девушка встала и покинула помещение. По крайней мере, звуков шагов после второго звука движения автоматических дверей я не слышал. И я остался один на один с тишиной. Хотя тут сложно сказать, что я был один на один. В моей голове сидел непонятно кто и зачем-то мне помогал. Опять. Я даже не сомневался, что это его заслуга.

— И тут ты чертовски прав! — весьма бодро откликнулся он на мой внутренний зов. — Да, я тебе помог. Опять. Ты мне мёртвый не нужен. А оценка ваших… «специалистов» вообще не была правдива. Снаряды бы рванули в любом случае. У них свойство такое — взрываться. Не сейчас бы, может, через неделю. У взрывателя такого типа есть ограничение, когда он может сам по себе сработать. Точнее не ограничение… а… какое же слово подойдёт на вашем языке… дефект. Может, оно. Не уверен. В любом случае, я помог тебе и той девушке. Пока вы обезвреживали снаряды, я вас подпитывал, как и ваши организмы.

— Я не просил тебя о помощи, — мысленно сказал я ему.

— Поэтому никакой платы я с тебя сейчас и не требую, это целиком моя собственная воля. Сейчас лучше было проявить логику и лояльность с моей стороны, чем требовать чего-то, на что ты можешь не согласиться. И в итоге потерять тебя, твои уникальные способности, которые могут… впрочем не важно, что они могут. Узнаешь потом сам. А пока… пока-пока! Мне тоже пора отдохнуть. А то удерживать тебя на грани жизни и смерти мне многого стоило. Можешь радоваться. Месяц как минимум я тебя трогать не буду.

— Сладких снов, — совсем не добродушно сказал я, почувствовав, что присутствие этой сущности, к которому я в принципе привык, пропало.

Вот теперь я точно был один. Никого рядом не было, вокруг была только звенящая тишина! Или это у меня в ушах так звенело? Проверка… задержка дыхания… да, в ушах звенит. Видимо, последствия стрельбы без защиты ушей от звуков взрывов и выстрелов. Ладно, не суть. Можно просто морально расслабиться и поизучать то, что я могу сделать.

Первое. Осталось около недели до того, как я снова могу делать улучшение организма. Это хорошо. Но и плохо. Внутри линкора нет ни единой нужной нам, Бродягам, для этого медицинских капсул. Мой приближающийся порог оттянет только остальные улучшения на более поздние сроки. Это на самом деле хреново. Отставание от графика не всегда есть хорошо. При этом меня предупреждали, что надо идти вровень с тем, что требует улучшить система и что рекомендует.

Второе. Мы сейчас находились хрен пойми где. Может, уже и лучше разведано то место, где мы летим, но в любом случае тысяча световых лет, это не три тысячи, на которых мы неконтролируемо прыгнули в первый раз. Мы всё ещё на территории противника. Система прогнозирования нахождения летательных аппаратов, по всей видимости, работает исправно. Вот только я ни хрена не понимаю, как она работает. Надо будет передать её Вайтам с условием возврата и производства для нас.

Третье. Я ещё не чувствую своего тела! Система говорит, что у меня была полная перегрузка организма. В несколько раз. Это меня и срубило, как и Коррозию. Сейчас у меня идёт остаточный эффект, мышцы расслабило настолько, что напрячь их просто не получается.

Четвертое…

— Сказали, что ты хочешь попасть на мостик! — вошёл радостный Пульсар, который уселся на место Юноны.

— Хочу, — кивнул я. — И желательно сейчас. И кто сейчас следит за движением корабля?

— Мы на планете, — усмехнулся Пульсар. — Часть наших ушла на охоту, часть осталась на или около корабля и занимаются его обслуживанием. Тут оказались нужные нам металлы, которые можно использовать в ремонте. В технической зоне даже есть своя маленькая литейная и фабрика производства запасных частей. Полезная штука, я скажу тебе. В любой момент некоторые неисправности можно устранить своими силами, если есть материал. Почти как наш кораблик с Элси.

— Ага, для такого корабля удобно, — согласился я с ним. — А ещё ты говоришь не так, как раньше. Осталось немного от прошлого…

— Общество меняет человека по своему образу и подобию! — словно процитировав кого-то, сказал Ной. — Если я раньше жил в основном в сельской местности, то и вёл себя соответствующе! Сейчас же я среди опытных бойцов и одного аристократа. Вот, видимо, и повлияли вы на меня. Наверное. Я так думаю. Не уверен…

— И всё же что-то осталось, — усмехнулся я. — Ладно, неси, мой конь!

— Слушай, я тебе не конь…

— А шуток ты до сих пор не понимаешь… — тяжело вздохнул я.