Разбудили Велину неприятно рано. С учетом того, что она полночи проворочалась от переживаний, все-таки не каждый день в другой мир попадаешь, очень неприятно.
Высказала свое недовольство доставучей служанке, которая будила девушку так, будто та не почетная гостья, как заверяла вчера вечером ведьма Шарлотта, а уснувший на работе стажер.
– Леди Шарлотта настаивала, чтобы вы всенепременько были сегодня на завтраке с Его Сиятельством. А он дюже рано изволит завтрак вкушать, чтобы потом на службу отъехать, – чирикала крепко сбитая девушка в простом сером платье с белым фартучком, успевая одновременно сдернуть с гостьи одеяло, чтобы не залеживалась, звякнуть графином с водой, переставить еще что-то на тумбочке. – А вы взаправду чародейка? Ох, и хозяина нашего вылечите? А то горюшко-то какое! Давно пора уже хозяйку молодую... А все никак. Леди Шарлотта, конечненько, хозяйствует крепкой рукой... Но таки ведьма же!
Успев сделать неуловимо быстрый жест у лица, служанка уже разворачивалась с кипой светлого облака в руках.
– Вот! Красота-то какая! – выдохнула она благоговейно, таращась на воздушную ткань в своих мозолистых ладонях. – Леди Шарлотта расстаралась, ейная модистка с утреца прислала. Чтоб вы уже красивая вышли к столу-то.
– Хозяина вашего вылечить? А что с ним? – из всего этого тарахтения зацепилась за фразу Веля.
Вроде бы тот мужчина, что приходил вчера в гостиную, больным не выглядел. Хотя кто знает, что у него, раз прислуга переживает, что "давно пора хозяйку молодую"... что? Консумировать? С этим проблемы у того дерганного мужика? Но если молодая хозяйка уже есть, то тогда чья еще свадьба должна быть?
Ничего не понятно.
Поэтому попаданка спорить не стала, а терпеливо дала собрать себя согласно местной моде. Одеть, причесать... нет, надушить не дала, тяжелые сладкие запахи, что ей предложили, не переносит.
Вчера после ухода "сыночка", леди Шарлотта не стала говорить о делах, убеждая, что их почетная гостья фея должна вначале отдохнуть. И познакомиться с их миром ближе.
Поэтому вчера было еще много чего в культурной программе: прогулки в бесконечном розарии за огромным домом в безразмерном саду, посиделки, вернее, утомительные мерки с модисткой и толпой ее молчаливых, как тени, прислужниц. Еще ужин в скромной женской компании из них двоих с Шарлоттой, но в просторнейшей роскошной столовой, где за украшенным живыми цветами столом можно было целый взвод разместить.
Так что да, быстрее начнут, быстрее закончат. Нужно поторопиться на завтрак, чтобы застать всех и наконец узнать, зачем ее сюда выдернули.
С хорошим настроением Веля шла, можно сказать, порхала за служанкой в столовую.
А чего бы не радоваться? Да, подняли рано, но кто рано встает, тот больше интересного за день увидит.
Вот и здесь девушка с интересом крутила головой, при нежном утреннем свете рассматривая роскошные интерьеры. На потолке лепнина с росписью, на стенах широченного коридора, которым они шли, тоже узоров полно. То ли искусная роспись, то ли такие дизайнерские обои. Красиво же! А между многочисленными дверями или зеркала в позолоченных рамах, или картины с портретами. И даже в Эрмитаж ходить не надо – здесь все сразу: и музей, и отель класса... много-много звезд.
Да и отражение в зеркалах радовало. Ткань нового платья была что-то вроде шелка, невесомого и легкого, но при этом теплого, словно живой. Модель тоже была летящей, очень женственной, подчеркивало ее женские округлости, и хотя лиф можно было сделать поскромнее, но зато такая красивая вышивка на нем! Наверняка ручной работы, разве в этом мире с магией могут быть вышивальные запрограммированные агрегаты? И где бы она смогла облачиться в столь роскошный, при этом своеобразный наряд? Те забавные костюмы, которые в ее мире предлагают для фотосъемки или даже напрокат для мероприятий, обычно дешевого производства.
Так что во всем нужно видеть позитив! И даже если вас съели... а, нет. Даже если вас обманом выманили в другой мир для непонятной работы, то, пока есть возможность, наслаждайтесь роскошным командировочным содержанием. Вот как эта стратагема может звучать!
С искренней улыбкой Велина впорхнула в распахнутые для нее двери столовой. И...
Первым отреагировал на ее появление слуга поблизости, выронив из рук серебристый клош, который с грохотом покатился по полу. После чего уже все глянули в их сторону.
Расцвела акульей улыбкой леди Шарлотта, которая уже сидела за столом, как раз лицом к двери.
Ее "сыночек", взрослый симпатичный мужчина, сидящий во главе накрытого стола, поднял голову и...
Вначале у него медленно поползли брови на лоб. Следом синхронно округлялись глаза. Почему-то проступили красноватые пятна на скулах. После чего мужчина спохватился, кашлянул, прикрывая рот белоснежной салфеткой, и опустил взгляд в свою тарелку.
– Кхм, – опять кашлянул он. – Леди Шарлотта, неужели ваше содержание столь мало, что для гостьи, вызванной вами же из... гарх знает откуда! Кхе, что оплаты услуг модистки хватило лишь на ночную сорочку для гостьи? Вы бы вчера мне сказали, я бы добавил средств.
Велина как в прозрачную стену врезалась со всего маху от таких слов.
Замерла на месте. Улыбка сама потухла.
Что значит "на ночную сорочку"?
На ней же сейчас замечательное, милое платьечко...
Повернула голову, чтобы посмотреть на присутствующих слуг, а они отводят взгляды.
"Что не так-то?"
– Ах, дорогой Эдвард! Ты так давно не был в свете, что совсем не в курсе модных тенденций! – оживленно воскликнула Шарлотта. – Такие замечательные платья из данварского шелка ввела в обиход сама Матильяра Овернская... ах, ты даже не слушаешь меня! Проходи, дорогая Веселина, присаживайся. Мы тебя та-ак ждали! Да, дорогой? А тебе, сынок, надо почаще посещать мероприятия.
– Кх, – раздалось что-то невнятное в ответ от мужчины, который взгляд упорно не поднимал. – Замечательные платья от слова – все заметно? Все из того, что леди должна скрывать? Хотя к чужемирянкам, как я вижу, это правило не относится?
"Что?! Ах он гад такой!"
– И если бы я посещал всякие мероприятия, то уже давно был бы женат, – все распинался этот индюк.
– Ах, как было бы хорошо! Тогда бы мне не пришлось вызывать нашу милую Веселину, а тебе злиться на меня...
– После чего наше семейное кладбище пополнилось бы еще одной могилой, – резко перебил "матушку" Эдвард, у которого желваки на все еще розоватых скулах ходили. – Так что нет, благодарю, но увольте меня от подобного... счастья, – под конец слова буквально выплюнул.
Ну ничего себе! Что за причинно-следственная связь с детективным уклоном тут нарисовывается?
Девушка сама не заметила, как уже уселась за любезно отодвинутый ей слугой стул, превращаясь в слух.
Так мужик все еще не женат? С таким-то характером неудивительно. Или уже вдовец? Уже свел в могилу жену? А при чем здесь она? И ее платье?
Над столом на какое-то время повисла тишина, нарушаемая лишь тихим звоном посуды и шорохом одежды слуг, подающим все новые блюда.
Веселина решила не грустить, все равно переодеваться сейчас не побежит, а заняться дегустацией очередных иномирных блюд. Надо пользоваться возможностью, пока она есть.
Вот и она будет есть все, что предложат. Вкусно же!
К тому же ее новый наряд не настолько уж и... "ночная сорочка"! Миленькое же платье! Этот напыщенный сноб не видел, в чем на улицах ее мира каждый день ходят тысячи женщин! Вот бы где он совсем аппетит потерял бы. Или, наоборот, приподнял бы себе... аппетит, но другого рода.
– Кстати, дорогой Эдвард, на следующей седмице будет званый ужин у лорда Фанеерег... – вновь начала разговор Шарлотта, сидящая напротив гостьи.
– Я не пойду, – сразу предупреждая, пресек ее намеки мужчина.
– Где будет предостаточно юных красавиц из достопочтенных семейств, – словно не слышала его женщина, продолжая увлеченно щебетать.
– Я. Не. Пойду! – погромче и тоном еще более резким повторил Эдвард, раздраженно кромсая серебристым ножом кусок мяса в тарелке с серебристой каймой.
– Ах, я понимаю, что еще рано искать тебе пару. Пока не снято проклятие... Или пока главы уважаемых семей не узнали, что это стало возможно... Поэтому они своих дочерей пока к тебе даже подпустят, – настойчиво, как муха об стекло, продолжала жужжать улыбающаяся Шарлотта. – Однако пора уже тебе начинать выходить в свет, напоминать о себе другим семействам. И на ужин ты можешь пойти вместе с Веселиной! Она будет твоей спутницей!
Нервно звякнула вилка об тарелку, после чего руки мужчины застыли, как на стоп-кадре. А сам он медленно поднял взгляд.
Вначале недоумевающий взгляд на Шарлотту. Затем перевел непонятно какой на Веселину, которая сама чуть не поперхнулась пирожным от такого внезапного предложения. Затем Эдвард опять повернул голову к своей "матушке" и сухо выдал:
– Я не настолько отчаялся. А все так и подумают, если я появлюсь в свете с этой... этим... кхм, с вашей гостьей.
"Чего?!"
Теперь на Велину метнулся взгляд Шарлотты, оббежал с головы и до кончиков рук, тоже застывших у полной тарелки. После чего дамочка, перед которой на тарелке до сих пор лежало несколько листиков салата, кажется, еще с самого начала завтрака, и выдала:
– Ну что ты, дорогой, все не настолько... отчаянно. Веселина не настолько... безнадежна, десертной вилкой иногда пользуется, пусть и не правильной, но я обязательно ее научу! Мы успеем до ужина! А что у девушки хороший аппетит, но так должно же в ней быть хоть что-то хоро... Кхе, возможно, госпожа фея копит силы для будущего волшебства. Зато у нее модный в этом сезоне цвет волос и... и... прочие достоинства!
"ЧТО?!".
– О да! Ее "достоинства" я, как и все в этом помещении, сразу заметили! – едко ответил Эдвард, даже не глядя в сторону онемевшей девушки. Он вообще за все время трапезы старался в ее сторону больше не смотреть. – Не могли не заметить, благодаря вашим замечательным идеям с ее нарядом, матушка. И если вы хотите провернуть тот же трюк и на ужине у Фанеерег...
Мужик прикрыл глаза, выдохнул и... он что, молится про себя, что ли?
Да, ему лучше сразу замаливать свои грехи, не копить. А то потом вообще не разгребет.
– Леди Шарлотта, а мне по нашему договору молоко положено? – уточнила Велина, с громким стуком опуская свою вилку на тарелку.
Ах, смотрите, цацы какие! Десертная вилка им не та! Так не надо было их штук пять почти одинаковых класть! И это всего лишь на завтрак! Семейный, а не званный!
Эдвард распахнул глаза и наконец-то глянул на нее, пусть и с удивлением.
Да они все на нее уставились!
– Вы еще и молока хотите, г-госпожа Иванова? С-сейчас? – ошарашенно выдохнув, поинтересовался этот гад во главе стола. – Вы... не наелись?
Нет, почему же, она сыта по горло их снобским завтраком.
– Нет, не сейчас. Или вообще можно в денежном эквиваленте, я бы так и предпочла, у меня плохая переносимость лактозы. Просто в нашем мире принято за особо вредную работу отдельно доплачивать или напрямую давать молоко. Считается, что молоко нейтрализует и выводит токсины из организма... Вы рот-то прикройте, ваше сиятельство. Не понимаете, что я говорю? Вы школу-то закончили или вас маменька на домашнем обучении у своей юбки оставляла? Что, как я вижу, до сих пор продолжается... Говорю, что яды после общения с вами уже нужно выводить из моего нежного, трепетного организма. А то кто знает, какие будут последствия.
Закрыв рот, как она и посоветовала, и моргнув, Эдвард перевел взгляд на Шарлотту, которая сама хлопала ресницами.
– Матушка, а вы уверены, что это... фея? Судя по всему, такая же ведьма, как и вы. Неужели вы нашли себе подружку под стать? В другом мире? Что ж, не удивлен. Видимо, по две таких на один мир – слишком много.
После чего опять прикрыл густыми ресницами сверкнувшие глаза и пробормотал, но достаточно громко, чтобы другие его тоже услышали:
– Боги, дайте мне сил!