Из огня да в полымя. Книга 2

Глава 6

Мои предположения, что крепнущий от тренировок организм легко справится с последствиями позднего ужина и отхода ко сну уже за полночь, полностью подтвердились. Я даже пробежал чуть большее расстояние, чем в дни накануне, и сделал ускорение на участке от Полянки до подъезда.

После душа провёл ревизию запасов в холодильнике и остался очень довольным, кроме одной проблемки, небольшой. Тот самый дорогущий сыр, который по моему мнению должен был больше всего понравиться мажору Юрке, остался в неприкосновенности, Кравчук его проигнорировал, налегая на два других вида, а мне эта вонючка тем более не нравится.

Выкидывать же жалко до слёз. Четыре четыреста семьдесят за кило, самый дорогой, что был, из не эксклюзивных сортов. Так-то я просветился уже, есть и за сотку тысяч с какими-то личинками внутри, и ещё дороже из ослиного или конского молока, но те уж вовсе для гурманов. И так сильно раскошелился, отдав больше пятисот рублей за кусочек. Сам есть не хочу, в мусорный пакет отправить рука не поднимется, значит повезу на работу. Только сначала тщательно завернул нарезку в два полиэтиленовых пакета. Понюхал, вроде не должен мой крутой портфель провонять. Оказывается, не так просто быть обеспеченным человеком, а что будет когда сильно разбогатею? Вот тогда и узнаю.

Прежде чем одеваться обработал потёртости на ногах, они и в самом деле оказались намного меньше и слабее моих прежних от новой обуви. Наверное брендовые вещи кроме статуса действительно предоставляют комфорт и удобство. Что ж, теперь и это уже на собственном опыте буду знать.

В существование всяких домовых, барабашек и прочего я в обеих своих личностях никогда нн верил, из-за этого у меня отсутствуют внятные объяснения поведению моих носков, они, то есть, то их нет. Первый-то сразу же нашёлся, где и должен был находиться, возле кровати, а второй я нашёл под компьютерным столом. Как он там оказался? Да фиг его знает, может пнул ночью, когда в туалет вставал.

Одевшись, полюбовался на себя в зеркало, теперь это у меня точно войдёт в привычку, сам себе нравлюсь. Раньше на свой внешний вид почти совсем внимания не обращал, особенно мухинский. Мог отправиться за пойлом или закусью в обвисших на коленях трениках, в несвежей майке с вырезом, оттянутым чуть ли ни до пупа и в разбитых кроссовках. Сейчас же всё по другому.

Вчера я переборщил с туалетной водой, которую мне Настя подобрала. Запах оказался очень стойким и, такое чувство, что с течением времени только усиливался. До сих пор в квартире он перебивает даже аромат Юркиного парфюма. Так что, пшикнул лишь два раза, и оба на обратную сторону пиджака, на подкладку. Этого хватит. От самого запаха я не в восторге, но сестра-то уж всяко лучше меня разбирается. Раз показала мне кулачок с выставленным вверх большим пальцем, значит действительно клёвый аромат.

И шикарный портфель, и мусорные пакеты беру в одну руку - куда деваться, двери сами себя не закроют - и выхожу из дома.

Оказавшись на улице, вижу и слышу у соседнего подъезда отчаянно плачущую девчонку лет пяти, с забавными косичками в виде двух топорщащихся в стороны хвостиков. Плач её настолько искренний и безутешный, что я без раздумий использую ментал, опасаясь услышать в мыслях несчастной нечто страшное. Ну, убили кого-нибудь или ещё что-то ужасное произошло, и надо куда-либо спешить на помощь.

Фух, тревога оказалась напрасной. Малышка просто не хочет идти в садик. Накануне ударила игрушечным самосвалом мальчишку по голове, ударила сильно, была отругана воспитательницей и сейчас девочке не хочется никого из них видеть.

А вот и мама вышла из подъезда, совсем молоденькая девушка, круглолицая, как и её дочь. Блин, она её в школе что ли родила? Хотя, мне ли удивляться? У меня в Мухинске одноклассница, причём, не детдомовка, а с обоими вполне обеспеченными родителями, в девятом классе забеременела и родила мальчишку.

- Хватит реветь, Дашка! - прикрикнула мать, хватая дочь за руку. - И пошли быстрее, а то я из-за тебя и так опаздываю.

На дороге я их пропустил перед собой, и буксир, и упирающийся, плачущий прицеп, а лишь затем прошёл к бакам. Не удержался, посмотрел вслед рёве, вспомнив вчерашние слова Кравчука об отсутствии в нашей стране свободы. Так ведь и есть. Вот наглядный пример.

Подошёл к контейнерам и отметил, что таких стандартных мусорных чёрных пакетов, как сейчас у меня в руке, становится всё меньше и меньше. Люди их заменяют пакетами Валдбериса и Озона. Так-то какая бы, казалось, разница? Только вот маркетплейсовские у горлышка не стягиваются, отчего их содержимое вываливается.

Ладно, не мне же мучиться с погрузкой. Кидаю свой мусор в бак и, обернувшись, вижу, что вызванное мною из квартиры такси, голубая Хендай Грета, уже выруливает во двор. Быстро. Или это я медленно?

Сегодня поездка мне обойдётся не в восемьсот двенадцать рублей, а в семьсот сорок четыре. Мелочь, но приятно. Правда, причина такой щедрости Яндекса - меньшее количество пробок. Приеду на шесть минут раньше прошлого раза. Ну, ничего. Возьму не средний стаканчик капучино, а большой. Подольше подышу свежим воздухом. Вот бы ещё он был как в Мухинске. Ну, да за всё нужно платить, и за проживание в комфортном мегаполисе тоже.

- Доброе утро, - здороваюсь, садясь как всегда теперь на заднее сидение.

Когда на прошлой неделе искал информацию об эмпатии, на глаза попалась информация, что самое безопасное место в автомобиле - пассажирское за спиной водителя. Не знаю, насколько правда, но смотреть в затылок почему-то не хочется, поэтому сажусь сбоку.

- Доброе, - согласился таксист, парень примерно моего возраста. - Музон какой поставить?

- Без разницы, - отвечаю. - Только не очень громко.

Он оказался сообразительным, переключил на радио, там как раз начали крутить "Топит" Анны Асти, хит этого года, и убавил звук до вполне комфортного. Хендай въехал во двор не с той стороны, с которой было бы удобней, поэтому пришлось разворачиваться, впереди у соседнего дома уже начала образовываться небольшая пробка. Мы въехали вначале на парковку, оттуда сдали назад, развернулись и поехали мимо моего подъезда, из которого в этот момент к ожидавшему её служебному автомобилю выходила Марина Владимировна. На хмуром лице судьи выражение решительности и какой-то обречённости. Понятно. Капец тому дедульке, сбившему девчонку. Помрёт на нарах в ближайшее время. Вот вам и жизнь по закону, а не по нормальным понятиям. Несправедливая.

В кофейном киоске сегодня вместо девчонки какая-то заспанная тётка. Предложила мне к стаканчику капучино взять кекс. Знаю я эти продукты с неограниченным сроком давности, химия одна. Но почему-то очень захотелось угоститься. С утра нормально не поел, ограничившись парой бутербродов по Настиному рецепту с оставшимися после вчерашнего пира нарезанными колбасой и сыром, разумеется не вонючим. Теперь вот понял, что недоел.

Хм, а вкусно. Нет, правда вкусно. Не хуже чокопаев, китайских химозных пирожных, которыми я любил лакомиться в студенческие годы после армии. И что, что химия? Сейчас без всех этих современных биотехнологий производство продуктов будет просто нерентабельным. Я ж делал сводный отчёт по анализу продаж нашего Агрохолдинга. Там даже вникать глубоко не нужно было, чтобы понять, что без спецдобавок предприятие бы в трубу вылетело.

К тому же, чисто натуральные продукты нам уже и не нравятся. Помню, Вовке Макарову браконьеры подогнали лосятины, добытой в наших владимирских лесах. Тот со мной поделился. Я это мясо и вымачивал, и нашпиговал стрелками моркови, и варил-варил, варил-варил, пену постоянно снимал, которая просто дуром пёрла из кастрюли, и всё одно лосятина оказалась жёсткой, постной, невкусной.

Говорят, надо было на фарш пустить. Ну, не знаю. Непривычный привкус-то никуда бы не делся. А тот фазан? Тоже фигня полная. А вот кекс неплох. Надо было сразу два взять, да ладно, чего уж теперь. Тем более, у киоска очередь из трёх человек образовалась. Для кофейни это минут десять обслуживания. Мне не подходит. Так что, от лавки отправляюсь в сторону офиса.

Ну конечно, где ж ему ещё быть? В стороне от входа рядом с урной стоит мой приятель Николай. Опять курит. Капец. Я в Мухинске тоже смолил, но всё-таки иногда сигарету из рта вытаскивал. Надо и ему бросать эту дурную привычку. По себе сейчас чувствую, насколько без неё лучше. Хотя - зачем врать? - иногда хочется подымить.

Учить его не буду, он уже взрослый мальчик, сам должен решать. Направляюсь к нему, чтобы пожать руку и приобнять. Всё-таки не совсем чужие люди, и то, что мне открылся взлёт на двадцатый этаж, это никак не отменяет. Я зазнаваться не стану, зазнаваться я не стану, не стану я зазнаваться.

И вообще, раньше ведь совсем не задумывался, а теперь чётко осознаю, что все успешные карьеры у нас - если конечно не считать тех, кто уже родился с короной на голове - достигаются не личными достижениями, а тем, что становятся своими людьми для вершителей наших судеб, иначе говоря, попадают, как я сейчас, в чью-либо рвущуюся вверх команду.

Да, конечно, личные качества - не только и не столько знания и навыки, но и умение угождать начальству, топить коллег-конкурентов, толкаться локтями, льстить или злословить и прочее - всё это сильно помогает, только без главного, без того, что тебя возьмёт кто-нибудь важный под своё крыло, карьеры не сделаешь. У нас в Инвест-гамме это стопудово так. Думаю, и в других структурах тоже.

И ещё я осознал, став новой личностью, мало быть своим для Каспаровой, нужно среди её окружения, пока только формирующегося, набирать авторитет, становиться нужным, но не незаменимым, как я узнал из её мыслей, и тогда не только удержишься рядом с покровителем, но и сможешь подняться выше остальных. Мир бизнеса очень жёсткий. Вылететь из обоймы, как иногда говорят, очень легко. Щелчок пальцами Анны Николаевны, и отправлюсь искать себе новую работу. Для того, чтобы со мной случалось только хорошее и не произошло плохое, значительную поддержку могло бы оказать наличие собственной команды, что делают самые предусмотрительные из тех руководителей, кого я знаю. Их кто-то тащит наверх, они тоже вытягивают своих.

Мне бы тоже так делать, да вот беда, нет у меня никого здесь в холдинге, кроме вот этого вот Николая. А он, пусть и не такой балбес, каким был я мухинский, но тоже - если откровенно - особо умом-то не блещет и образования никакого, и учиться уж поздно, тридцатник исполнился. Вчера я пробивал возможность устроить его к нам в банк, но, увы, обнаружил, что это бесполезно. У банка нет собственной службы безопасности, а в холдинговой без разницы, где охранники несут службу, на первом этаже или двадцатом. Ни зарплаты, ни размеры премий от этого не зависят, да и меняют их порой - сегодня ты на седьмом, а завтра у шлагбаума на выезде из паркинга.

- Здорово, Коля, - жмём друг другу руки и накоротке обнимаемся. - Тебя не выгонят с работы за то что часто здесь торчишь.

- Здравия желаю, ваше благородие, - хохотнул он. - Нет, не выгонят, я ж здесь тоже на службе. За входом присматриваю. А начальство за мной, - показал он глазами на пучок направленных в разные стороны камер видеонаблюдения почти над нашими головами. По другую сторону от входа такой же набор аппаратуры. - Спасибо тебе, Лёш.

- За что? - удивляюсь и смеюсь. - Вроде с утра никаких подвигов ещё не совершил.

- Совершил, Алекс, совершил, - вдруг стал серьёзным секьюрити. - Просто тем, что ты есть. И такой, какой есть. Без выпендрёжа и вообще нормальный человек. Спасибо. Думаешь, наше начальство не отслеживает, кто и чего добивается?

- Не сомневаюсь, что да. Только я-то тут при чём и ты? Поясни бестолковому.

- Не скромничай, Алекс. - он бросил окурок в урну, не попал, нагнулся, подобрал и всё же со второй попытки добился в этом успеха. - Все видят, что ты оказался в обойме у владельцев холдинга. Стал большим человеком...

- Ну, не стал ещё ...

- Стал, стал, - Николай тоже меня перебил. - А наши начальники, я не про самых важных, а про тех, кто рангом пониже, стремятся заранее угождать руководству и близким к нему людям. Ну, так мне знающий человек сказал.

- Коль, я реально не понимаю, к чему ты вот это сейчас говоришь.

- Так меня ж начальником смены ставят, - опять он широко улыбнулся. - Конечно не всего офиса, я ж не фээсбэшник и не старший офицер полиции в прошлом, а в нашей группе. Два с половиной месяца должность вакантной была. Хотели или Игоря Моткова назначить, или Валентина Кузьмина, всё выбирали, кого из них, я там и не рассматривался совсем. А тут начальство вспомнило, что мы с тобой, Алексеем Сергеевичем Платовым, который стал советником самой Каспаровой, одной из наследниц холдинга, дружим, вот и подсуетилось. Надеются, что в случае чего я за них смогу через тебя словечко замолвить. Видят же, что ты от меня не отвернулся, а продолжаешь общаться. Уверен, сегодняшнее наше общение тоже внимательно просмотрят, как приедут.

- Да ладно. Серьёзно? И на такое обращают внимание? - я о подобных кадровых подходах даже не предполагал. - Тогда давай ещё разок обнимемся, только покрепче, и я побегу уже. А насчёт обращаться с какими-то вопросами или просьбами, Коль, так тебе я действительно постараюсь помочь. Если в моих силах будет. Я ж пока даже не представляю своих новых возможностей. Анна Николаевна, знаешь, слушать слушает, но решения принимает сама. Так что, сам понимаешь.

- Понимаю, Алексей. И спасибо ещё раз.

- Спасибо не булькает, - поднимаясь с приятелем по лестнице отпустил я шутку себя мухинского.

Мы попрощались у турникетов, и я в плотной толпе сотрудников Инвест-гаммы направился к лифтам. В группу пришёл чуть ли ни последним, позже меня забежала лишь вечно опаздывающая Галина Викторовна и пришли новый начальник с Анной Николаевной, которая остановилась на пороге, выделила взглядом нас с Ильичом, потом Олечку, доброжелательно едва заметно покивав, затем во всеуслышание объявила коллективу, что в пятницу у нашей группы корпоратив в зелёном зале, это на седьмом этаже. Она, а также Платов, то бишь я, и Ветренко проставляемся за уход, а новый руководитель за принятие браздов правления. Приглашены также начальник отдела и его верная, бессменная секретарша. Кстати, Зинаида Михайловна просто обожает офисные гулянки. Сама почти не пьёт, но норовит всех угощать горячительным. Обсуждение прошедшего корпоратива занимает у неё потом последующие пару-тройку недель. Хорошая и очень опасная тётка.

Официальные пьянки в Инвест-гамме не осуждаются. Более того, для них созданы все условия - три банкетных зала в самом здании, и свой дом отдыха возле Солнечногорска, который иногда используют для массовых мероприятий подобного рода. Главное, что во всей этой ситуации радует лично меня, как-то упустившего момент с выпиской из коллектива, когда дело касается столь значимых персон, как семейство Каспаровых или Решетовых, либо директората, офис по служебной записке часть затрат берёт на себя. Еда и закуски наверняка будут из наших столовой и буфетов бесплатно для организаторов, мы, четверо виновников торжества, проплатим лишь спиртное. Если конечно ничего не изменилось, а то вдруг сейчас Каспарова огорошит, что мы за всё скидываемся? Ладно, даже если и так, то как-нибудь выдержу затраты. Сколько у нас получится с рыла? Тысяч по тридцать? Больше? Соберётся пара десятков человек. Не известно, какое спиртное будем брать. А, нафиг всё, чего гадать? Анна Николаевна наверняка этот момент уточнит.

Размышляю, размышляю, уводя главную мысль в сторону. Взгляд-то, пока начальница говорит, с неё не отведёшь, неуважение проявишь. Вот и бегаю им от носочков туфелек до макушки и обратно. Блин, и всё нравится. Во всех местах. Так, Лёха, не думать, как же она красива. Первый раз что ли увидел? Сегодня опять в брючном деловом костюме, только в другом, не в том, что была вчера, теперь она в чёрном, в цвете, делающим человека зрительно ещё более стройным. Белая рубашка, а к ней снова узкий галстук в тон пиджаку, и, вот беда, туфли на высоченных каблуках-шпильках. Каспарова просто чудо как хороша. Ей бы на подиум выйти, всех бы там затмила, век воли не видать. А бёдра и груди, ух какие! А лицо! Помада на этот раз гораздо ярче, чем обычно. Нет, лучше на туфли смотреть. Самый спокойный для меня вариант.

Когда оба начальника - оставляющая должность и принимающий её - заходили в кабинет, я воспользовался менталом. Вдруг обо мне думала с таким же восторгом, как и я дурак о ней? Нет, её заботит какой-то реестр, данные из которого куда-то пропали вчера. Айтишники обещали восстановить, только непонятно, сделают ли это в ближайшие час-два. Ну и хорошо, что нахожусь вне поля её постоянного внимания. Есть же дедушка Павел Павлович Каспаров, не забываем о дедушке. И о прожорливой рыбе в реке.

Как говорила баба Галя, умного работа ищет, а дурак работу, ну, пусть и так, однако оставшиеся в группе учёта дни бездельничать не собираюсь. От помощи Петру Васильевичу, тем более, Фёдору Ильичу не отказываюсь, но в первую очередь займусь самоподготовкой в направлении своей новой работы.

Так-то я как те пионеры в далёком прошлом, всегда готов. Реально готов. Всё ж за время, проведённое в группе учёта, успел узнать подноготную множества видов бизнеса, с аудитом и контролем которых мне довелось иметь дело. Любой, кто придёт к нам за инвестициями, и в самом деле встретит в моём лице весьма и весьма подготовленного контрагента. Обмануть меня было бы сложно даже не получи я своих паранормальных способностей, а уж с ними-то и подавно любого наизнанку выверну. Не обманут. Анечка понимает, какого ценного специалиста сумела себе в команду получить, но даже близко не представляет, насколько. Анечка? Ох, Лёха, Лёха.

И всё-таки одних только знаний и умений недостаточно. Необходимо научиться грамотно излагать сделанные на их основе выводы и убедительно доносить результаты анализа до руководства. Убедительно же означает не "я так думаю", а со ссылками не только на представленные обоснования, но и со ссылками на существующие у нас нормативные документы. С банковскими отчётами я тоже немало имел дел, только теперь нужно закопаться вглубь. Изучить всю подноготную финансового бизнеса. Пусть даже мне это вовсе не пригодится, понимать о потоках денежных средств у нас в Инвест-гамма Банке необходимо.

Под новыми логином и паролем доступа к ресурсам сервера с нынешнего компьютера я не смогу - ещё одна защита информации, перестраховка от наших айтишников - только с айпи адреса со своего нового рабочего места на двадцатом этаже, а старые логин и пароль уже заблокированы. Ну, ничего, я ж не зря сделал себе копию подготовленных Анне Николаевне - никаких больше анечек даже мысленно - документов на флэшку. Есть с чем работать.

Погружаюсь в банковские нормативные акты, что называется с головой. Решительно хочу стать лучшим, и я этого добьюсь. Ни на кого почти не обращаю внимания. Попытки маявшейся от безделья Олечки вовлечь меня в обсуждение наших дальнейших планов прекрасной новой жизни, чтобы все в группе слышали и завидовали, в первую очередь ей, пресёк мягко но быстро. Сказал, чтобы не мешала. Под одобрительную усмешку Арефьева, с иронией иногда наблюдавшим, как Ветренко издевается над бывшими коллегами.

Проснулась у себя где-то на Фрунзенской набережной Настя. Прислала мне несколько сообщений насчёт того, как ей скучно, как наконец-то скоро приедет Янь - сестра перестала в общении со мной называть её полностью, а лишь либо Ху, либо Янь, либо моя лучшая подруга - и о том, как с предвкушением ждёт нашего воскресного совместного отдыха. Отвечал вежливо, коротко, не так уж Настя сильно мне и мешала. К тому же, вскоре сама догадалась.

Всё, Алекс, прости глупую. Больше не буду тебя отвлекать. Сердцем чувствую, ты занят. Хоть вечером-то, как поедешь с работы, позвони. Давай всё ж тебя встречу на машинке?

Настя!!!

Всё-всё, поняла. Чмоки-чмоки

Не заметил, как наступило одиннадцать, время, на которое мы с Ильичом договорились попить чай-кофе, перекусить и немного поговорить. Арефьев напомнил, и мы отправились в чайную, где собралось за разными столиками человек восемь. Только сейчас заметил, что хоть комната отдыха и большая, и посещаем мы её все в разное время, а всё ж для отдела она маловата. Кстати, в банке ненамного больше, зато там у меня, считай свой кабинет, могу и в нём перекусывать.

Извлёк свой вонючий сыр, порадовался, что хотя бы Фёдору Ильичу он зашёл на ура, не нужно будет выкидывать. Достал конфеты, сегодня это "Огни Москвы". Он же меня на этот раз угостил цветной капустой в яйце и муке, куриными биточками и долмой. Жутко вкусно всё. Я даже задумался, что в субботу, когда приеду к Арефьевым в гости, можно попробовать отбить у него жену. Шутка конечно, я ж не эта скотина Виталий Рябков. Но действительно хотелось бы питаться так, как Ильич. Где найти такую спутницу жизни? Не сейчас, но лет через двадцать-то всё ж надумаю жениться.

Пришлось делать над собой усилие и отказаться от добавки, Арефьеву ещё пообедать нужно будет, раз столовская пища ему не подходит.

- Подумал уже, что подаришь своей начальнице на день рождения? - спросил Фёдор Ильич, убрав судок и вслед за мной принявшись за чай.

- День рождения? - глупо переспрашиваю.

Точно. Блин, как же я забыл? В прошлом ведь году его отмечали четырнадцатого июля, что-то там такое подарили и огромный торт съели. Двадцать четыре исполнится. Ага. Такая молодая, а уже директор департамента. Вот это я понимаю, карьера. И ничего удивительного. Слышал, что наш первый глава правительства Гайдар и вовсе в шестнадцать лет полком командовал. Враньё конечно. Кто служил, тот это понимает, но другим выдумка поди прокатывает. В армии подобное невозможно, а вот в бизнесе легко, особенно, если ты внучка его владельца.

- Вижу, забыл, - смеётся Ильич. - Ну, ничего, время ещё полно. Придумаешь, что подарить.

В чайной у нас не принято задерживаться. Вот и мы тут не больше пятнадцати минут. Попили, перекусили, чуть отдохнули, и вперёд к очередным трудовым свершениям. К тому же, здесь толком ни о чём не поговорить, постоянно рядом меняются чужие уши. Вот и сейчас, сделав себе двойной эспрессо безо всего, просто попить, на соседнем с моим табурете устроился Сергей Корж, один из новичков нашей группы. Смазливый красавец, только какой-то немного женственной красотой, где-то читал, что такие нравятся тёткам бальзаковского возраста, кстати, не имею представления, сколько это лет. Пятьдесят? Шестьдесят? Ну, не важно. Серёга всегда безупречно вежлив, доброжелателен, улыбчив, ухожен, со вкусом одет, и он мне не нравится ещё со своего первого появления у нас.

- Ильич, давай и твою кружку помою. - предлагаю Арефьеву, собирающему в свою сумку посуду с едой и остатки моего угощения в виде "Огней Москвы".

- Спасибо, Алексей, но я и сам могу. - отказался он.

- Ну, наше дело предложить. - пожимаю плечами.

Отправляюсь не к раковине чайной, а в туалет. Всё равно ещё и сбросить лишнюю жидкость хочу. Но спокойно туда не дошёл. Со стаканчиком кофе в руке меня нагнал Корж.

- Алексей, можно с тобой поговорить? - спросил.

Вспомнилась фраза нашего батарейного старшины в Мулинской учебке, что можно козу на возу и Машку за ляжку, а в армии - разрешите. Ну, так мы ж сейчас в офисе, да и Серёжка явно не служил, казарменный юмор ему ни к чему.

- Давай, - соглашаюсь. - Говори.