Виви. Проект A.I.C.S

Глава 25. Дом у озера

Новая локация разительно отличалось от унылой комнаты со столом. Вместо невзрачного бетонного пола деревянный пол, у стены из дикого камня стоит камин с потемневшими от копоти стенками, а в нём весело пляшут языки пламени. На стенах висят фотографии, небольшая универсальная кухня в углу колдует над обедом. В помещении оказалось так тепло и уютно, что резкое выключение кофемашины заставило меня дернуться от неожиданности.

Я сделала несколько шагов по скрипящему полу и оказалась перед большой панорамной дверью.

— Красотище! — не удержалась я от восторга. И не удивительно — передо мною раскинулся восхитительный горный пейзаж с заснеженными вершинами, отражающимися в неподвижной глади озера. Я отодвинула панорамную громадину в сторону и вдохнула свежий воздух с нотками запаха соснового леса, росшего на другом берегу.

Будь внимательна и осторожна.

— Как прошла тренировка, Вивиан? — из-за спины донесся голос Малиса.

Я медленно повернулась, но не решилась ответить сразу. Впечатления от этого прекрасного места оказались столь сильны, что мне пришлось собираться с мыслями, хотя ко всяким неожиданностям в виртуальном мире пора бы привыкнуть.

— Задание выполнено. А вы не видите у себя…, — начала спрашивать я, но Малис вновь меня прервал.

— Ты всё ещё не поняла, что здесь я задаю вопросы? — спросил он.

Малис в своем репертуаре! Он выбрал для разговора удивительно романтичное место и вновь ведет себя как прежде.

В его словах чувствовалась нервозность, словно нахождение в моем обществе заставляло его нервничать и приводило в бешенство. Почему он такой неуравновешенный?

Какой есть.

Сообщение Айкса невольно заставило меня улыбнуться, что не осталось незамеченным Малисом.

— Что смешного?

Рекомендовано включить режим допроса.

Включен режим допроса.

Рекомендация: быть покладистой.

— Простите меня. Я виновата.

После этих слов я вгляделась в лицо Малиса. Он пристально смотрел на меня своими зелеными глазами и в их глубине читалась какая-то просьба или потаенное желание. Странно это осознавать, помня нашу с ним первую встречу.

— Виновата? Почему ты так сказала? — спросил Малис уже чуть более спокойным тоном.

— Просто ощущаю ваш гнев. — начала я осторожно. — И мне жаль, что все наши встречи происходили в негативном ключе и прошу простить меня за это. Порой мне кажется, что я всё ещё непослушный подросток. Иногда так хочется, чтобы кто-нибудь помогал мне, подсказывал, как правильно вести себя.

Анализ мимики и жестов…

Перед глазами забегали разноцветные точки и маркеры, сканирующие каждую часть лица Малиса. Каждое движение его губ, положение головы и глаз, движение рук и частота дыхания означали характерную эмоцию. И вся эта информация анализировалась. Да, теперь я могу многое узнать о человеке все, просто взглянув на него.

Синхронизация увеличилась. Появились новые умения, а значит и эффективность твоих действий растет.

Рекомендация: продолжать быть покладистой.

— Да, ты права. Я действительно зол. Но тебе не о чем беспокоиться, если будешь меня слушаться. Садись за стол.

Недалеко от универсальной кухни стоял большой стол, на котором стояли две кружки ароматного кофе. Он что, предлагает с ним по чашечке пропустить? А где розочка в вазочке и корзинка с конфетами?

Рекомендация: объект заинтересован.

— Итак, предлагаю поговорить о тебе. Как ты сейчас себя чувствуешь? О чем думаешь? Не учитывая того, что ты сказала про свою вину, — сказал Малис, садясь за стол.

— Мм…а кофе этот для меня? — спросила я, присаживаясь, напротив.

— Да. Что-то не так?

Сегодня Малис на себя не похож. Может это очередной тест? Он только что видел, как я допрашиваю наставника, его коллегу. И никакой реакции на такую дерзость с моей стороны! Еще и кофе с ним пить… Подозрительно!

— Может ты еще хочешь, что-нибудь? Мне не сложно, — он слегка улыбнулся и выглядело это весьма мило. На мгновение, мне показалось, что могу с ним общаться на равных. Но нет, уж больно волнует меня его переменчивость настроения. Не о каких откровенных разговорах с ним и речи не может идти.

Рекомендация: сделать паузу, опустить глаза и голову.

Я опустила глаза в пол, дабы сделать более невинный вид. После паузы, согласно указаниям, обратила внимание на изменение лица Малиса. Кажется, ему нравилось, как я себя веду — улыбка на его лице стала еще шире. Маркеры продолжали сканировать. Показались несколько индикаторов, которые что-то сигнализировали об изменении в отношении наставника ко мне. Сделав несколько глотков, я поставила кружку и стала осматривать дом.

Анализ объекта…определение сексуальных предпочтений.

Эй, Айкс, притормози-ка там с предпочтениями! Я с мальчиками то толком попрактиковаться не успела, а ты пытаешься мною соблазнить взрослого парня!

Мы его пока анализируем. Не отвлекайся.

— Что-то интересное увидела? — спросил Малис, делая глоток из кружки и наблюдая какя с интересом разглядываю интерьер.

Рекомендация: продолжать действовать, согласно режиму допроса.

— Мистер Малис, что это за место? Предлагаю вам говорить открыто, поскольку у меня есть некоторые сведения, которые будут вам интересны. А возможно и жизненно необходимые.

Малис изменился в лице и чуть было не выронил кружку из рук. Несколько капель кофе разлились по столу. Вот сейчас начнется очередной приступ ярости и посыплются оскорбления.

Но он меня удивил. Спокойно поставил кружку и встал из-за стола. Медленными шагами Малис направился к камину. Мой анализ показывал, что его состояние изменилось — хоть его лица я не видела, нодогадывалась, что вместо ярости он испытывал грусть.

— Это виртуальная проекция моего домика на другой стороне Монтана Бариос. В свое время мне удалось получить разрешение выехать из города и построить его, — начал рассказывать Малис.

«Конечно! Если у тебя фамилия Каэль, за городские стены можно выехать. Если нет — живи и умирай в пределах Метуса» — размышляла я.

Монтана Барио — та еще дыра! Огромный район Метуса со старинными домами, которые раньше именовали фавелами. Главный поставщик криминальных кадров для города. Здесь молодые парни и девушки рождаются, получают первый бандитский опыт, а затем идут реализовывать свой «потенциал» в другие районы. От остального мира Монтана Барио отделен не только стеной, но и горными хребтами. Как видно из этой виртуальной картинки, на другой стороне покой и умиротворение.

— Здесь я бывал с ней, — Малис указал на свою фотографию над камином, на которую я смотрела уже некоторое время. На фото он стоит в обнимку с девушкой. На них он выглядит не так, как сейчас. Он счастлив, искренен и совсем не такой, каким пытается быть с нами.

— А кто она?

— Это не важно. Ее нет. Сюда я прихожу, когда уже идти некуда и хочется побыть одному. После ее ухода женщины стали мне ненавистны, — произнес он и повернулся ко мне. На его лице возникла злобная гримаса.

— И чем же все остальные женщины перед вами виноваты?

— А что вы делаете? Вы маните нас, мужчин, как мотыльков на огонь! Каждое ваше движение — это искусство обольщения, призыв к поклонению вашей красоте. Каждое слово — это заклинание, гипноз, мантра, которую не выкинуть из головы и не забыть. А ваш чарующий запах — яд, отравляющий тело и разум.

— Почему вы так думаете?

— Я это знаю. Так оно есть. Во все времена женщины были яблоком раздора. Сколько людей гибло от ваших чар и поступков? Я был на грани, когда она просто ушла, не сказав почему, но сказав куда. О…это доставило ей удовольствие!

Исповедь Малиса была неожиданной. Почему он решил открыться мне? Страх стал подступать ближе. Может после своего признания он сделает попытку прикончить меня?

— Для нее я был готов на все. Но постарался забыть, вычеркнуть ее, даже… — он сделал паузу, посмотрев на фото над камином. — Я был готов убить ее. Она должна была принадлежать только мне.

Малис сжал кулаки так, что они побелели. От нервного напряжения его тело будто вибрировало. Дыхание участилось. Еще немного и он должен был начать громить все вокруг.

Рекомендация: оставаться на месте.

Какая-то часть меня сейчас хотела бы следовать рекомендации. Проклятое чувство сострадания!

Вивиан следуй указаниям и рекомендациям.

Сама от себя не ожидала, что окажусь так близко с Малисом. Рука машинально легла на его сильное плечо. Никакая виртуальность не может передать всю теплоту человеческого тела, но я ощущала невероятную силу в этом человеке. И невероятную печаль, поселившуюся в его душе. И пусть это прикосновение было ненастоящим, но я была уверена, что не ошибаюсь.

Что я делаю? Ведь это Малис! Сумасшедший… Но такой красивый и печальный.

— Я… я любил и люблю до сих пор это чудовище! А теперь в каждой женщине мне видится она. В каждой из вас ее дух… И поверь, в тебе он тоже есть, — произнес он, не поворачиваясь в мою сторону.

О чем он сейчас говорит? Вот теперь мне действительно становится не по себе! Что он там говорил про свою почившую пассию, дух которой видит и во мне? Кажется, прикончить собирался? Был один сумасшедший, а теперь нас двое. Потому что мне захотелось обнять его, пожалеть. А ведь он столько раз оскорблял меня, унижал, говорил ужасные вещи о моем пребывании в больнице. Пару раз даже влепил пощечину!

И мало того, хочу, чтобы он тоже обнял меня. Прижал к себе. Как не крути, а я женщина и мне тоже хочется, чтобы меня пожалели, по головке погладили. Вот такие вот мы девочки. Вечно нас тянет на плохишей.

— Как ты узнала о планах этих придурков убить меня? — спросил Малис и поставил меня в тупик этим вопросом. Опять пригвоздил!

— Как вы догадались? — растеряно спросила я.

Малис отошел от камина и направился к панорамному окну, погруженный в очередные размышления.

— Это не новость. На меня с братом давно точат зуб. Мы мешаем многим в совете директоров. Особенно Райлан.

— Совете директоров? Это те несколько толстосумов, которые рулят вашей корпорацией?

— Семеро, если быть точным. Они уже не так вовлечены в процессы управления, как раньше, но желание власти никуда не делось, — ответил Малис и опять уткнулся в свой планшет.

Вывести информацию об истории и структуре «Метус Синтетикс»?

«Не стоит. Это знает каждый уважающий себя студент первого курса журналистского факультета» — мысленно отвергла я предложение Айкса.

Каэль-старший умер, когда Райлану было двадцать два. Ходят слухи, что к его смерти приложили руку противники из совета директоров. Но каким-то образом, корпорация перешла под управление старшего брата.

Насколько мне было известно из архивов, Райлану Каэлю пришлось нелегко. Постоянные нападки, долги, падение акций и другие беды экономического гиганта легли на плечи молодого руководителя. Но он все выдержал и возродил корпорацию с новой силой. Хотя до сих пор в совете директоров есть несколько людей, которые не хотят видеть его во главе. И кажется сейчас они перешли к активным действиям.

— Удивлена моей откровенности? — спросил Малис, чем отвлек меня от мыслей.

— Да. Это если мягко выражаться. Надеюсь, за всем этим не скрывается телесное наказание?

— Расслабься. Девушек я наказываю кхм… своеобразным методом. Тебе это не грозит. — успокоил меня Малис и вновь уселся за стол.

Ой, спасибо, дорогой наставничек! Прям отлегло!

— Однако, это не значит, что такого не может произойти в будущем.

Что и требовалось доказать. Диагноз был поставлен верно.

— Это на вас так повлияло расставание с ней? — кивнула я в сторону фото.

— Не будем ее вспоминать. Вернемся к разговору о Лиаме, Касторе и Тео. Что тебе известно? — Малис вновь перешел на командный тон.

Я тоже вернулась за стол.

Рекомендация: объект заинтересован в имеющейся информации.

— Немного, — пожала я плечами. — Вы достаточно сказали о противостоянии в корпорации. А на чьей стороне Абнер? Вы же знаете, что я близка к нему, а у вас с ним конфликт.

— Конфликт? Хм…можно и, так сказать. Но он человек моего брата, а я за Райлана готов отдать жизнь. Абнер поддерживает его, а наши с ним споры и дележки более похожи на взаимную неприязнь, чем на вражду. Но довольно уходить от ответа. Что тебе известно? — Малис отпил из чашки кофе.

Конечно, из всей информации на планшете его интересует только та, что касается его жизни. Но вот меня интересовала, не только моя судьба, но и безопасность остальных девушек. Ведь мы на грани смерти. А он тут со мной кофе пьет!

— Как по мне так, вы невероятный циник. Как вы можете так говорить, когда мы вот-вот начнем умирать? Вы же понимаете, о чем я веду речь?

Малис поднял глаза и сделал удивленное лицо. Кажется, он не сразу поверил в мою осведомленность об ограничении времени у девушек в виртуале.

— Ты и это раскопала. Браво! — и он сделал несколько хлопков. — Когда-то, один из величайших правителей сказал, что одна смерть — трагедия, а тысяча — статистика. В «Эскорте» тоже самое. Эксперименты, статистика, анализ — все построено на удачных и неудачных примерах. Если подопытные не справляются, значит они не годятся для работы в проекте.

— Вот так просто вы решили за нас нашу судьбу! Когда это вы стали богом? Вам ли решать такие вопросы? — огрызнулась я.

— Решать не мне. Все решает алгоритм системы. А вот вход в нее вы сами нашли, когда согласились и подписали контракты. Хотя за тебя, можно сказать, решил твой отец, — неосторожно брошенная фраза про отца взбодрила меня. Может у него есть связь с ним?

— Спроси у любой на досуге. Каждая из девушек пришла добровольно и знает, чем грозит несоблюдение. Лишь загнанные в угол, доведенные до отчаяния и голодные до побед люди могут добиться результата. Тебе ли это не знать? На что ты готова, чтобы встать на свои ноги и никогда не возвращаться в палату клиники «Санта София»?

В глубине души я признавала, что этот сукин сын прав. Если все здесь по своей воле и знали, на что идут, то следует ли винить Малиса, наставников и корпорацию? Они только указали путь к цели. А что хочет от проекта каждая из участниц — сугубо их личное дело. Отец сделал выбор за меня. Но разве я сама не поступила бы точно также?

— Что конкретно вы хотите узнать об этих наставниках?

— Все, что тебе удалось раскопать. И даже больше.

— Тогда у меня есть условие.

Нет необходимости договариваться. Информация об отце не в приоритете.

«Плевать! Сколько можно играть по чужим правилам? Синхронизируюсь я и без посторонней помощи, раз так ценна для корпорации».

— Ты чего удумала, соплячка? Какие к черту условия? — начал злиться Малис.

— Если бы вам так легко было достать информацию, я бы ни кофе с вами пила, а докладывала и без любезностей. Мы же в виртуальной реальности, созданной вами и для вас, ведь так?

Малис промолчал. Это мне и нужно было узнать. Виртуальная реальность не полностью контролируется им и я, в том числе. А значит и узнать информацию без моего желания не может.

— Что за условие?

— Гектор Найтан, мой отец. Мне нужно с ним встретиться. Пообщаться. Устройте встречу в виртуале, и я расскажу. В ваших же интересах сделать это как можно быстрей. Думаю, он давно искал встречи и общения со мной. Только ваши режимы секретности не позволяли ему этого сделать.

Малис неохотно начал что-то набирать на планшете. Возникла небольшая пауза, а затем он недовольно поджал губы. По виду Малиса можно понять одно — он не знал, что сейчас делать.

— Тебе лучше самой это увидеть, — произнес он и вывел голограмму некролога моего отца над столом. «Погиб при исполнении» гласила надпись из полицейского сетевого вестника.

Предупреждение: сильное эмоциональное напряжение.

Внимание! Потеря контроля над эмоцией — грусть.

Тип проявления — тоска, печаль, безысходность.

Боль, тоску, злость, растерянность… Я прочувствовала все эти эмоции одновременно.

«Это не может быть правдой!» — воскликнула я мысленно, взывая к Айксу проверить истинность информации.

Анализ мимики и жестов…

Объект говорит правду.

Все чувства как будто перемешались, превратившись в один комок, который застрял в груди. Дыхание перехватило. Теперь что делать, без отца? Как жить, когда часть тебя, твоей души, сердца ушла… просто опустела, отмерла. Как заполнить пустоту, которая разверзлась перед тобой для того, чтобы поглотить тебя целиком?

Я потеряла единственного близкого и родного человека. От боли разрывается сердце, если оно есть в этой виртуальной среде. Мне захотелось выйти с дома и закричать, чтобы стало легче.

Как же справиться с этой потерей? Все, о чем я хотела рассказать отцу, теперь навеки останется несказанным. И никто более не вытрет слез с моей щеки, как это делал он.

— Это произошло прошлой ночью, судя по дате.

И он думает мне это интересно? Сегодня, вчера — разницы нет. Моего отца больше нет…

— Понимаю тебя, ведь когда-то тоже потерял отца и мать… — начал говорить Малис, но я не слушала. Для меня не существует больше ни реального, ни виртуального мира.

— Послушай, — он подошел ко мне, нежно взял за подбородок и поднял мое, залитое слезами, лицо. — Любой бы сказал тебе сейчас, что ему жаль. Я бы тоже так сказал… Когда-то мой старший брат сказал, что не стоит жалеть усопших, не стоит по ним плакать, они бы не желали такого нам. Для них важно, чтобы мы сделали шаг вперед…

Что он несет? Не нужно жалеть. Не нужно плакать. Просто сделайте шаг вперёд. Его счастье, что он защищен протоколом!

Восстановление контроля над эмоцией — грусть.

Контроль над эмоциями. Проявление эмоций…70 %.

Но… в чем-то он прав. Я не имею права быть слабой! Потому что люблю своего отца. А он больше всего на свете верил в Метус и его жителей. Мечтал, что когда-нибудь над городом взойдет солнце и его лучи будут освещать лица счастливых людей, а не окровавленные дороги, неубранные тела убитых людей и разбитых роботов, грязные сточные воды и мусор на каждом шагу.

Отец верил в то, что я смогу свободно ходить по городу, а не прятаться в монорельсе, боясь каждого заходящего в него пассажира.

Хватит лирики. Пора найти применение моим навыкам и Айксу.

Допрос завершен. Данные сохранены.

Просмотреть полный анализ?

Развитие технических навыков +1. Развитие разговорных навыков +2. Развитие навыков слежения +1. Развитие навыков использования научных данных +1. Развитие навыков обольщения +2. Развитие навыков анализа личности +2. Развитие навыков допроса +3.

— Выйти в реал. Это мое условие, — сказала я и Малис утвердительно кивнул. — Абнер в курсе заговора против вас?

— Не думаю, но впутывать его не нужно, иначе он попадет под удар. Жаль будет старика. Возможно его не тронут, как слишком ценный актив. По крайней мере, я бы так и сделал, но эту догадку проверять не стоит.

— А что вы сделали с теми тремя наставниками?

— Ничего. Не они, так другие сделают эту грязную работу. Противники Райлана не остановятся, пока не выведут меня и его из игры.

В его голосе звучала холодная расчетливость. Как можно так рассуждать, зная, что тебя должны убить? К тому же, тебе известно кто в этом замешан. Интриги, заговоры, предательство… Виви, ты впуталась в большую игру. Пора принимать чью-то сторону. Иначе моя жизнь так и будет состоять из тренировочного и учебного режимов.

Не торопись, Вивиан. Помни, что у него тоже есть интерес.

«Сui bono», — подумала я. Размышляю уже на латыни. Кошмар!

Но фраза сказана верная. Соответствует происходящему.

— А как вы собираетесь действовать? Неужели просто дадите им сделать грязную работу?

— Именно так и буду действовать. Пускай думают, что меня можно просто так убить. А, когда я выберусь…

— Если.

— Не если, а когда я выберусь, можно будет разыграть эту карту и найти предателей.

— А как же «Осирис»? Что это? — спросила я. Малис только громко расхохотался. Похоже, что этот разговор мы продолжим позже.