Войд. Том 1. Начало

Глава 24

Время хоть и было вечернее, но все выходили из комнат и мест проведения своего отдыха с непониманием на лицах. Да и я тоже не совсем понимал, зачем нас сейчас строят, но быстро пробежавшись в мыслях о том, что я знаю, то быстро пришёл к выводу, что всему виной может быть Стрелок. Видимо, этот морально недоделанный человек решил, что его план удался, о чём в несколько искажённой форме рассказал старшему…

Кто-то стоял потным, по вздутым венам было понятно, что занимались в тренажерных залах, кто-то стоял с книжкой в руках, развивая до построения свой мозг, кто-то вообще был просто сонливым, так как занятия с каждым днём становятся всё сложнее и сложнее… Но при этом интереснее. И лишь по одному Стрелку было понятно, что тот наигрывает удивление.

Поймав своим взглядом взгляд бывшего напарника, после случая с подставой нас разделили, и мы единственные были одиночками, я взглянул на него с укоризной, а Стрелок сразу отвёл взгляд в сторону. Мелкая и тонкая психология, но тут примерно становится понятно, что всё же он — организатор всего происходящего.

— Астус Войд! — несколько жёстко и с лёгкой злобой выкрикнул мой позывной наш старший, а потом позывной моей недавней гостьи. — Астус Мгла! Ко мне!

Сделав глубокий вдох, я медленно вышел из строя, поймав в очередной раз на себе несколько самодовольных и победных взглядов. Ну-ну, дорогие мои, посмотрим, кто тут окажется на коне, а кто под конём.

— Прежде чем вы нас начнёте в чём-то обвинять, — сразу начал говорить я, отвечая не в рамках Устава на не заданный вопрос, так как это было выгодно только мне, ну и Мгле, — сразу хочу сказать, что никакой интимной связи у нас не было. Это раз. Второе, я не буду называть ни чьих позывных, но скажу вам так, что этот человек, стараясь показать своё мнимое превосходство над аристократией, возможно, у него просто какая-то скрытая обида на высшее сословие, попытался очернить моё имя. Законами нашей республики у меня в данный момент развязаны руки, и я могу спокойно прикончить этого человека. Руководство Академии ничего мне сделать не сможет, так как весомые доказательства на моей стороне. Ну а так как я — человек очень терпимый, то я этого ещё не сделал.

— Скажи, какая именно статья тебя сейчас защищает и с помощью которой ты можешь требовать крови этого человека, — нахмурился наш старший, уперев руки в боки, буквально дырявя меня своим взглядом.

— Статья тысяча двадцать третья, свода привилегий, прав и обязанностей Аристократов и всех причастных и имеющих право носить данный титул, — даже неожиданно для меня ответила Мгла, начав без каких-либо эмоций на лице точно описывать нужную статью. — Пункт второй, абзац четвертый. В случае, если клевета или иной вред имиджу Аристократа принесёт очернение его имени в обществе, если это может привести к последствиям, угрожающим жизни Аристократа, а также, когда факт клеветы или иного вреда имиджу будет раскрыт, то Аристократ будет вправе требовать компенсации за вред своему имени или здоровью. В случае, если виновник не сможет компенсировать оказанный вред, Аристократ в праве распоряжаться жизнью виновника в полной мере.

— Так, — кивнул старший, едва заметно улыбнувшись, — а за проступок, про который мне рассказали, вас бы отправили на фронт, где бы вы точно сдохли… А это подходит под вред здоровью. Интересно, однако девки пляшут. А чем вы можете доказать, что у вас не было интимной близости между друг другом?

— Этим, — вытащил я из-под футболки свой кулон, показывая его старшему. — Они являются не только накопителями энергии, а также они регистрируют и хранят в своей базе данных весь эмоциональный слепок за последние семьдесят два часа. Иначе говоря…

— Если бы мы этим занимались, то на коннекторе-конденсаторе что-то сохранилось, — кивнула девушка. — А также, судя по тому, как многие огибают комнату Астуса Войда, могу с достоверностью сказать, что если просмотреть все записи установленных в коридоре камер, то можно увидеть, что, кроме меня, к нему более никто не заходил.

— Разберёмся, — сказал нам жёстко старший, а после отдал одну команду всем стоявшим. — Разойдись!

Я лишь пожал плечами и развернулся в сторону своей комнаты, снова поймав своим взглядом Стрелка. Тот стоял красный как очень спелый помидор, злость его буквально раздирала изнутри, вот только я всё равно не понимал, зачем он это всё делает, если мы друг другу жизнь спасали. Я не понимаю, зачем он втирался ко мне в доверие. Странный он. А я странный для них, наверное. Ну да ладно, правда в любом случае на моей стороне.

Остаток вечера я занимался растяжкой, так как с досадой обнаружил, что уровень развития мышц может быстро понизиться, если их не поддерживать в текущей форме. Валерия мне объяснила это, подметив, что из-за активного обмена веществ в мягких тканях человека сами мягкие ткани быстро деградируют и развиваются.

На вечернем построении было всё спокойно, на меня вообще никто не обращал внимания, но я был уверен в том, что это был не последний «удар» со стороны недовольных аристократией. Я даже больше чем уверен, что они за этот период обучения ещё что-нибудь предпримут, чтобы принизить меня.

Сейчас у нас опять началась череда практических занятий, в основном тактических и физических. Только в этих занятиях был один нюанс, они были зачётными, по ним ставилась оценка, благодаря которой решался бы вопрос о нашей пригодности для дальнейшего обучения. Если кто-то будет не пригоден, то его оставят на ещё один год обучения, сформировав из подобных отдельный поток обучаемых. Ну и ещё могли отправить на фронт, списать как расходный материал. Ну это только первогодок просто так на фронт могут отправить, а вот обучаемого со второго года можно отправить в места и более интересные, на космический корабль, например, в качестве десанта.

Сегодня у нас принимали чисто физическую подготовку, только её и ничего более. Мы даже были удивлены тем, что нам для усложнения жизни не давали ничего в довесок, например, тот же автомат, мы просто все делали в своей форме.

Сначала была проверка наших силовых качеств, это банальные подтягивания, отжимания как в упоре лёжа, так и на брусьях, а ещё жим восьмидесяти килограмм лёжа. Даже девушки выполняли все эти упражнения, так как для Академии нет половой принадлежности, есть боец, будущий сверхчеловек, который должен быть специалистом во всём и везде, особенно он должен быть отлично развит.

Как показала практика, то для нас это оказалось не особо большой проблемой, все смогли уложиться в нужные грани, у пары девушек только были проблемы, но и они чудом смогли справиться. Так что, силу у нас смогли «закрыть» все учащиеся моего курса размером со взвод.

Далее были испытания на ловкость, всякие прыжки, извороты на перекладине и брусьях… Для меня всегда это было адом, но с моей эластичностью, которой я достиг в последние дни… У меня на удивление всё получилось весьма уверенно и чётко. Как говорил инструктор на таких занятиях: «Если ваша задница не способна изогнуться пять раз, то нехрен и даже пробовать что-то творить из разряда гимнастики». Конечно, ни у кого задница пять раз не складывалась, но все же многие смогли выполнить нужные пируэты на зачёте. Но не все. Была первая партия дублей, первым, что меня удивило, был Стрелок, который добровольно отказался лезть на гимнастические брусья.

Я ничего у него спрашивать не стал, так как просто не хотел. Он сначала втёрся в моё доверие, а потом нагло подставил, да ещё и имя попытался с грязью смешать. Такое я ему точно не прощу, а я ведь вправе делать с ним что угодно. Вот, видимо, и пытается свалить от меня таким способом, чтобы избежать своей участи.

Дальше была скорость. Сначала знаменитая «сотка» — сто метров прямой дистанции на скорость. Цель — выбежать из одиннадцати секунд, что поразило многих, так как среднестатистический военный преодолевает эту дистанцию за двенадцать секунд.

Тут уже провалились многие, но это было допустимо, так как показатель «скорость» оценивался по нескольким критериям. Скорость на короткие дистанции — сто метров, потом скорость на средние дистанции — четыреста метров и один километр, а потом на большие дистанции — «трёха», три километра, которые для обычного человека были дистанцией на выносливость, одной из самых мучительных при этом.

И мы бегали, бегали и ещё раз бегали. На три километра сил уже совершенно не оставалось, но с нами провернули то, что проворачивали с Бурей и Приливом во время спаррингов, подошли с какой-то непонятной штукой, приложили к коннектору, а потом перед глазами выскочила интересная надпись:

Энергетический баланс в организме восстановлен! Начат процесс очищения каналов от молочной кислоты! Время полного восстановления составляет не более 5 минут! Ожидайте…

Теперь стало понятно, почему мы ждали именно десять минут между боями. Требовалось время, чтобы привести организм в норму, ведь это не магия, которая способна моментально восстановить тело, как в играх, а наука, которой требуется время.

Когда процесс завершился, мы побежали три километра. Морально это было очень тяжело, да и физически тоже. Держать темп на одиннадцать минут было сложно, ноги уже на третьем круге начали гореть огнем, а лёгкие так вообще на первом начали полыхать.

Но со скоростями справились все, все смогли уложиться в нужное время, после чего нам дали примерно час времени, чтобы прийти в себя. Оставалась выносливость, а это марафон. Тут нам поставили просто одну задачу — добежать. Многим это показалось просто, но тут всё было не так… Бежать придётся по пересечённой местности, где могут встретиться дикие и опасные звери.

Перед началом марафона нам всем дали по одному ножику, тому самому, что был похож на мачете, а также по пистолету с двумя магазинами к нему. Пистолет — стандартная модификация девяти с половиной миллиметрового… Пистолета. У него не было какого-то отличительного названия, просто девяти с половиной миллиметровый либо просто девять и пять.

— В общем, так… — тяжело вздохнул инструктор, осматривая нас. — В пистолете боевые боеприпасы, из-за чего вынуждены вам приказать не использовать их друг против друга. Но всем известна ситуация в вашем взводе… Так что вас разбросают по круговому маршруту. Ваша задача — добежать круг. У каждого будет маячок, который будет так же являться датчиком свой-чужой для транслокатора, это, чтобы вы через чужой транслокатор вернуться не смогли. Если кто-то специально сядет в засаду — отчисление. Если кто-то откроет огонь по своему товарищу — расстрел на месте. И я не шучу. Стрельба по своим расценивается как предательство, а наказание за предательство — смерть. Я всё сказал.

Повисла тишина, некоторые дамы переглянулись, ведь между ними тоже были какие-то недопонимания и тёрки, явно уже думали, как друг друга пристрелить, подставить или ещё что. Но тут лавочка закрылась, и им ничего не получится сделать. Я же только посмотрел на Стрелка. Тот стоял какой-то мрачный и смотрел только себе под ноги. Видно, они тогда со старшим переговорили, тот ему обрисовал всю ситуацию… Ну и решил человек стать более примерным и тихим.

Когда мы подошли к транслокаторам, нам каждому выдали по жетону, который прикрепили к нашим амулетам, браслетам и всему тому, что было использовано в качестве ключа к системе Академии. Теперь нам оставалось просто пробежать и вернуться назад.

— Внимание! — обратился снова к нам инструктор, прежде чем мы начали расходиться к «телепортирующей» машине. — Руководство Академии внесло свою правку в проведение данного забега. Маршрут у каждого обучаемого будет свой, индивидуальный. Это позволит исключить возможность того, что вы попытаетесь что-то друг с другом сделать. Из-за этого время до старта марафона изменится, в связи с необходимостью подготовить ещё три площадки. Всем проследовать в комнату ожидания и ждать дальнейших указаний.

Кто-то недовольно, кто-то с явным облегчением, несколько человек, как и я, с полным безразличием направились в комнату отдыха, где все расселись мелкими компашками. В итоге в одиночестве остался только Стрелок, отогнав от себя вообще всех. Я вообще не понимал его мотивов, но это его выбор.

— Скучаешь? — подошел ко мне улыбающийся Лаки.

— Да не особо, — улыбнулся я ему в ответ. — Давненько не общались. Смотрю, ты с Пульсаром спелся неплохо, вас даже несколько раз в пример ставили, как лучший боевой дуэт.

— Ага, — с явным удовольствием в голосе ответил мне мой названный родственник, начав еще шире улыбаться. — Пульсар хоть и подтупливает иногда, но, в общем, он — неплохой парень, понимающий, хоть и деревенский. В общем, отличный исполнитель.

— Ясно, — откинулся я на диване, полностью расслабившись. — А где он сейчас потерялся-то? Пытается завоевать сердце какой-то дамы?

Последнее я сказал, подкалывая, и шутку Лаки понял, так как начал ржать как конь во весь голос, привлекая к себе лишнее внимание. Ему было всё равно на это, так как ему плевать на общественное мнение, он — обычный городской простолюдин, как и многие тут, которым слово «репутация» мало что говорит.

— Примерно это он и делает, — вытер маленькую слезинку около глаза Лаки. — Даже удивлён, что у него аж с лучшим дуэтом разговор завязался хороший, да и девочки там дружелюбные, общительные и улыбчивые, как оказалось. Остальных они к себе не подпускают, даже говорить не пытаются, а вот Пульсару повезло.

— А как это он так? — приподнял я одну бровь, чуть-чуть улыбнувшись. — Они же такие недоступные, сами всех парней слали, а Пульсара подпустили.

— Да фиг его знает, — пожал плечами Лаки, плюхаясь на диван по правую руку от меня. — Есть у него какая-то черта, даже стержень… Он всегда старается добиться своего, даже если ему это очень дорого встанет. Незаменимое качество в некоторых ситуациях, пару раз он мне так задницу спасал. А ты, смотрю, с другой недотрогой тоже общаться начал?

— О, кстати, — сел я, уперев руки в колени, — а ты знал, что она тоже из нашего сектора?

— Неа, — помотал головой Лаки в разные стороны. — Вообще не подозревал, у неё же глаза как у косоглазых, да и других примесей в лице много, думал, она с земель Вайтов, а тут на тебе, с земли Греев… А с чьей планеты-то?

— С моей! — с некой гордостью в голосе сказал я, снова откидываюсь на спинку дивана.

— Теперь понятно, почему она стала защищать тебя, — усмехнулся Лаки. — Такого лидера не грех защитить, я бы, если бы понадобилось, клянусь, отдал бы за тебя жизнь. Я не был на твоей планете лично, но оттуда переселился мой друг со своей семьей, рассказывал, как у вас там спокойно жилось.

— Вы о чём? — подошла Мгла к нам и села по левую руку от меня. — А вы знали, что наш Стрелок вообще не подчинен ни одному клану? Вообще нет никаких клановых отметок на нём, ни одной.

— Не обращал на это внимание, — нахмурился Лаки, посмотрев на свой кулак, на котором был шрам в виде герба нашего клана. — Вроде такие отметки специально ставят в видных местах… Мгла, а у тебя где?

— На шее, — сказала она, отодвигая прядь распущенных волос. — Его хорошо видно, когда волосы в косу собираю… А у него вообще нет отметок, вообще ни одной. И меня это напрягло… Может, он из повстанцев? Может, он — засланный?

— Думаешь, кто-то захотел так извернуться? — усмехнулся я. — Хотя, всё может быть, наш мир — интересная штука, чего тут только нет… Вон, даже с помощью технологий смогли пробудить зерно в людях, а они воздействуют на мир вокруг с помощью способностей зерна.

— Я буду за ним дальше наблюдать, — наклонившись к моему уху, довольно тихо сказала девушка. — Сегодня слышала разговор, что его не будут от нас никуда переводить, почему так, я не знаю… Но он точно тут не просто так.

— Опять интриги, — тяжело вздохнул я. — Да какого, блин, хрена⁈ Они меня и тут преследовать будут⁈

— Всегда, — попытался пошутить Лаки, но получил от меня с локтя под рёбра, из-за чего тут же загнулся. — Да за что⁈

— Сам знаешь за что… — фыркнул я, кладя голову на спинку дивана, прикрыв сразу глаза. — Ненавижу я интриги, крайне ненавижу. А тут ещё оказалось, что Стрелок хрен пойми кто. А ещё он целенаправленно меня пытался подставить. Вот как тут паранойю не заработать…

— А ещё очень дальняя родственница объявилась, — еле заметно улыбалась Мгла, когда я посмотрел на неё одним приоткрытым глазом.

— Да, — мелко кивнул я, снова закрывая глаз. — Надо будет по базе данных пробить, может, получится что-то сделать с тобой… Но это потом, сейчас надо будет добежать. Кстати, вон идёт инструктор, надо вставать…