Удар в перекладину

Вступление

Все имена, фамилии и названия футбольных клубов являются исключительно выдумкой. Любое совпадение случайно и непреднамеренно.

Взорвались, заревели трибуны на тысячи тысяч голов. Затрубили слоны, зарычали львы и рыси, заблеяли бараны и козы. Даже мыши на нижнем секторе подняли дружный, на грани слышимости писк.

Белоснежный носорог забил в барабан, бухая огромными лапищами.

Мелкие макаки побежали по кругу, перепрыгивая из сектора в сектор, улюлюкая и кидаясь друг в друга мелким мусором.

Где-то пронзительной нотой запел петух, и ему тут же вторили несколько собак. Звуки мешались, и казалось, что где-то там, в вышине, сидит огромный страшный зверь – многоголовый, многоголосый.

Стадион ждал.

Это просто сон, – подумал Виктор и ещё раз оглянулся на центральный круг. Там никого не было – только густые полотнища тумана.

Это всего лишь сон. Виктор подтянул гетры и перешнуровал бутсы. Шнурки завязывались с трудом, неохотно; пальцы то и дело расплывались в туманном мареве. Это точно сон.

Он наконец справился с обувью, поднялся на ноги и пошёл в сторону ворот – единственного объекта на поле, не скрытого туманом. Идти тоже было нелегко: то ли давил тяжёлый влажный воздух, то ли – рёв трибун. Виктор так и не смог пока понять – за него эти трибуны или против него.

Против – значит, за вратаря соперника. Его силуэт как раз сам собой нарисовался в пустой рамке, но кто это – человек, зверь, призрак – было не разглядеть, несмотря на то что Виктор уже был на границе штрафной. От этого силуэта становилось не по себе, поэтому он наклонил голову и прошёл последние метры, не глядя вперёд.

Мяч лежал на одиннадцатиметровой отметке. Виктор поднял его, подбросил в воздух, поймал, сжал ладонями.

Мяч как мяч – упругий, лёгкий, правильный. Обычный мяч. Только почему эмблемы спортивных фирм на нём скачут и расплываются, стоит остановить на них взгляд? Прыгающая пума превращается в три полоски, полоски – в квадрат, квадрат – в галочку. И так по кругу.

Потому что это сон, – ответил Виктор себе и, разозлившись, поднял взгляд, уже догадываясь, кого увидит в воротах.

Он прекрасно знал этого человека и очень сильно его не любил. Подчас – ненавидел. Человека, лишившего его слишком многого.

Что было в его глазах, когда Виктор поставил мяч обратно и ковырнул бутсой газон? Раскаяние? Сожаление? Страх? Нет. Равнодушное, тугое молчание.

Он сделал несколько шагов назад. Противник стоял как вкопанный, молчаливая стальная статуя вратаря. Каменный гость, зашедший в рамку и оставшийся в ней.

Куда он прыгнет? Налево? Направо? Или останется стоять? А куда ударит Виктор?

Трибуны заревели ещё громче, и Виктор понял: времени решать уже не было. Он будет бить влево. Почему влево? Потому что обычно он бьёт… а куда он бьёт обычно?

Не важно.

Разбег; с каждым шагом ноги всё больше сбрасывали сонную одурь, двигались всё быстрее и чётче.

Отметка. Левая нога останавливается сбоку от мяча, а правая, разогнанная, рвущаяся вперёд, наносит удар щекой.

Мяч выстреливает, и в тот же миг выстреливают ноги противника. Но только он прыгает направо, а мяч несётся в левый угол ворот.

Гол!

Но почему удар мяча о сетку звучит гулко и звонко, как колокол?

Почему противник не выглядит расстроенным, а только сонно смотрит на него, моргая невидящими глазами?

Почему молчат трибуны? Почему они пусты?

И почему ему кажется, что этот сон он видит уже в тысячный раз?

Заснуть не получалось.

Дима нащупал телефон, вышел на кухню. Распахнул окно, уселся на подоконник, вдохнул тяжёлый ночной воздух. Темень стояла непроглядная – типичная южная ночь. Зато звёзды светили в небе над Землёй Обетованной чрезмерно ярко. Несмотря на октябрь, холодно не было. Здесь вообще никогда не бывает холодно, – подумал он.

Закурил, открыл WhatsApp. Доктор был в сети. Вероятно, на сутках.

«Добрый день. Как у нас дела?» – помедлив секунду, напечатал он.

Появилась одна галочка, вторая. Галочки посинели. Доктор прочитал. Начал набирать что-то в ответ. Дима отвёл взгляд, затянулся пару раз, затем выругался, выплюнул перекушенный фильтр. Телефон завибрировал. Пришло новое сообщение.

Очень медленно Дима поднялся с подоконника, взял сигареты, вернулся на место, закурил новую, взял телефон. Выдохнул, открыл, прочитал:

«Без особой динамики. Работаем. Делаем что можем».

Затяжка, ещё одна.

«Спасибо. Нужна ли какая-то помощь?» – напечатал он в ответ.

«Нет, всё есть. Евгения каждый день приходит, если что-то надо купить – покупает».

Приходит-то приходит, – подумал Дима, – а вот трубку не берёт…

«Ещё раз большое спасибо. Можно ли вас завтра набрать, поговорить?»

Пауза. Ответ:

«Да, конечно, после 10 набирайте. Я смену сдам. Поговорим. Удачи в следующей игре!»