Змей из 70х V

Глава 15

Тишина в Сосновом Ущелье была неестественной, густой и тяжелой, словно ее залили в форму из свинца. Магические глушилки, установленные наемниками Орловского, отрезали этот участок трассы от внешнего мира, превратив заснеженный лес в идеальную, изолированную арену для убийства.

Екатерина летела по ледяной колее, мощно отталкиваясь палками. Ее дыхание вырывалось изо рта ритмичными облачками пара, пульс стучал в висках, но разум оставался кристально чистым. Биатлонистка помнила каждое слово, сказанное Трикстером перед стартом. «Не останавливайся. Не оглядывайся».

И она не оглядывалась, хотя боковое зрение улавливало вещи, от которых у обычного человека застыла бы кровь в жилах.

Белоснежный покров леса то и дело озарялся беззвучными вспышками. Слева, на высокой скале, где должна была располагаться снайперская лежка, внезапно взметнулся фонтан багровых брызг, ярко контрастирующих с девственным снегом. Справа, среди густых еловых лап, мелькнула исполинская, закованная в броню тень. Раздался влажный хруст ломаемых костей, и на трассу, прямо перед носками лыж чемпионки, выкатился дымящийся обрубок винтовки вместе с оторванной рукой в камуфляжной перчатке.

Спортсменка грациозно перепрыгнула через жуткое препятствие, не сбавляя скорости. Воздух пах озоном, хвоей и свежей смертью. Карманные монстры Аларика отрабатывали свой хлеб с пугающей эффективностью. Незримый Фантом скользил от дерева к дереву, выпивая души егерей прежде, чем те успевали прицелиться, а Гиперион просто рвал зазевавшихся минеров на куски, наслаждаясь охотой.

Тем временем в теплой, пахнущей дорогим парфюмом Императорской ложе напряжение достигло апогея.

Аларик гада Рус сидел в кресле, прикрыв глаза, словно наслаждаясь звучащей на стадионе приглушенной музыкой. Никто из окружающих аристократов не подозревал, что прямо сейчас сознание юного князя находится в двух местах одновременно, обрабатывая колоссальный поток данных, поступающих от Системы.

«Отчет о зачистке сектора „Ущелье“: Цель 5 — устранена (Фантом). Цель 6 — разорвана (Гиперион). Цель 7 — поглощена (Фантом). Обнаружена скрытая угроза! Командир отряда ликвидаторов („Призрак-Один“) избежал сенсорной сети. Использует артефакт Абсолютного Сокрытия. Статус: Заложил направленный фугас на выходе из ущелья. Готовится к перехвату объекта „Екатерина“. Время до контакта: 45 секунд».

Бывший парижский манипулятор плавно открыл глаза. Его зрачки на долю секунды полыхнули инфернальным золотом. Илья Борисович Орловский, сидевший по соседству, всё еще пребывал в состоянии кататонического ступора после угрозы взорвать детонатор прямо у него в руке.

— Клаус, Фриц, — небрежно бросил интриган, поднимаясь с кресла. — Присмотрите за нашим глубокоуважаемым графом. Ему нездоровится. Если он попытается покинуть ложу — помогите ему сесть обратно. Можете использовать силу тяжести и немного грубой физики.

Оба рыцаря смерти синхронно, с едва слышным скрипом кожаных перчаток, положили руки на спинку кресла Орловского, окончательно лишая старика воли к сопротивлению.

— Прошу простить меня, дамы и господа, — Аларик обернулся к сидящим рядом министрам, демонстрируя безупречную светскую улыбку. — От волнения за нашу сборную в горле пересохло. Я отлучусь в бар за глотком минеральной воды.

Князь неспешным шагом покинул залитую светом ложу и скрылся в полумраке коридора. Едва тяжелые бархатные портьеры закрылись за его спиной, маска скучающего повесы слетела с лица Трикстера.

Он шагнул в самый темный угол коридора, туда, куда не доставал свет эфирных ламп.

— Система. Синхронизация с ядром Фантома. Теневой переход, — скомандовал бывший хирург.

Впервые с момента своего воскрешения Аларик решил использовать высшую магию Бездны лично, не полагаясь на пешек. Пространство вокруг него исказилось, свернувшись в черную воронку. Юноша шагнул в пустоту, оставляя за собой лишь легкий запах озона и серы.

Екатерина выходила на финишную прямую лесного сектора. Впереди уже виднелся просвет — выход на стадион, где ее ждали сто тысяч зрителей и заслуженное золото. Но интуиция, отточенная годами изнурительных тренировок и опасных контрактов, внезапно взвыла сиреной.

Снежный наст в десяти метрах впереди нее выглядел неестественно.

Биатлонистка среагировала на одних рефлексах. Она резко завалилась набок, пуская лыжи в агрессивный занос, поднимая стену искрящегося снега. И ровно в ту же секунду сугроб впереди взорвался.

Направленный эфирный фугас сработал с оглушительным треском. Ударная волна прошла по касательной, но ее силы хватило, чтобы отшвырнуть спортсменку на несколько метров. Техномагическая лыжа с хрустом переломилась. Девушка жестко приземлилась на правое плечо, прокатившись по ледяному насту, но моментально сгруппировалась и вскочила на одно колено, вскидывая винтовку.

Из-за поваленной сосны, скидывая маскировочный халат, вышел человек. Командир наемников. На его лице была глухая тактическая маска, а в руках он сжимал тяжелый излучатель, ствол которого уже наливался густым, вишневым светом.

— Отличная реакция, чемпионка, — голос убийцы, искаженный вокодером, прозвучал сухо и безэмоционально. — Но контракт есть контракт. Ничего личного.

Он начал плавно нажимать на спуск. У Кати не было шансов успеть передернуть затвор своей спортивной винтовки, переведенной в безопасный режим.

Температура воздуха рухнула в абсолютный ноль за долю секунды. Снежинки, падающие с неба, застыли в воздухе, словно вмороженные в невидимое стекло.

Пространство между снайпером и биатлонисткой треснуло, издав звук рвущегося шелка. Из зияющей черноты разрыва, сотканного из концентрированного мрака, шагнул Аларик гада Рус.

Это был не тот лощеный аристократ, которого Екатерина видела час назад. От него исходила подавляющая, хтоническая аура, от которой сгибались вековые сосны. Темно-синее пальто юноши развевалось на несуществующем ветру, а глаза пылали чистым инфернальным огнем.

— Вы, кажется, забыли добавить «Ваше сиятельство», обращаясь к моей спутнице, — голос Трикстера прозвучал не из его уст, а отразился прямо в мозгу наемника, заставляя того содрогнуться.

Убийца в панике нажал на спуск. Смертоносный вишневый луч ударил прямо в грудь манипулятора.

Но Аларик не попытался уклониться. Он просто поднял руку в черной кожаной перчатке и поймал заряд. Плазма зашипела, вгрызаясь в ладонь, но юный князь медленно, с садистским наслаждением, сжал пальцы в кулак, и эфирный луч с жалким треском рассыпался горсткой бесполезных искр.

— Моя очередь, — одними губами произнес Змей.

Он не стал использовать стигийский клинок. Бывший криминальный гений сделал один неуловимый шаг вперед, оказываясь вплотную к ликвидатору, и пробил его грудную клетку голой рукой.

Это не был физический удар. Пальцы Аларика прошли сквозь тактическую броню и плоть, как сквозь воду, вонзаясь прямо в эфирное ядро наемника. Мужчина закричал — страшно, надрывно, сбрасывая маску. В его глазах отразился первобытный ужас существа, осознавшего, что оно столкнулось с чем-то древним и непостижимым.

Система взревела, заливая зрение Трикстера багровым светом:

«Прямой контакт с душой! Активация 4-го Круга Бездны: Жатва Сущности. Цель: Элитный Ликвидатор. Сопротивление: Подавлено. Начислено: 85 душ (экстремальное качество). Эффект: Тотальное поглощение жизненной энергии».

Тело убийцы на глазах превратилось в иссушенную, серую мумию. Аларик брезгливо разжал пальцы, и пустая оболочка с сухим стуком рухнула на снег, рассыпаясь в прах.

Манипулятор медленно повернулся к Екатерине. Его аура всё еще пульсировала тьмой, а в глазах догорал золотой огонь Бездны. Он стоял среди изуродованного леса, окруженный пеплом и кровью — истинный демон во плоти, сбросивший свою человеческую маску.

Обычная женщина в этот момент сошла бы с ума от ужаса или бросилась бежать.

Но Катя не была обычной. Ледяная дева Имперской сборной опустила винтовку. Ее дыхание было частым, грудь тяжело вздымалась, но на лице не было ни капли страха. Она смотрела на возвышающегося над ней бога смерти, и в ее льдисто-синих глазах разгорался темный, адреналиновый восторг. Эта первобытная, сокрушительная мощь притягивала ее больше, чем любые светские ухаживания.

Девушка поднялась на ноги, отряхивая снег с комбинезона, и уголки ее губ дрогнули в хищной, понимающей полуулыбке.

— Ты опоздал на пятнадцать секунд, Трикстер. Я успела испачкать костюм, — ее голос прозвучал удивительно ровно, хотя внутри у нее бушевал настоящий пожар.

Аларик моргнул. Инфернальное свечение в его зрачках погасло, уступая место привычной, лукавой темноте. Аура Бездны втянулась обратно под кожу, и перед спортсменкой снова предстал безупречный столичный денди, разве что слегка растрепанный.

— Приношу свои глубочайшие извинения, чемпионка, — бывший парижанин изящно поклонился, опираясь на трость. — Пробки в Незримом мире сегодня просто ужасающие. Вы ранены?

— Только моя гордость и одна лыжа, — Катя посмотрела на переломанный кусок техномагического карбона. — Без нее я не дойду до финиша. Орловский всё-таки добился своего — я снимусь с гонки.

— Какая возмутительная чушь, — манипулятор подошел к девушке, опустился на одно колено и поднял обломки лыжи. — Мой ручной некромант не простит мне, если я не воспользуюсь его уроками алхимии.

Князь приложил обломки друг к другу. Его пальцы засветились тусклым зеленоватым светом. Эфирные нити, повинуясь воле Змея, метнулись от одного края к другому, сшивая карбон и восстанавливая магические контуры на молекулярном уровне. Через пять секунд лыжа была абсолютно целой, лишь тонкий серебристый шрам напоминал о поломке.

Трикстер поднялся, отряхивая колено пальто, и протянул инвентарь ошеломленной биатлонистке.

— Вы потеряли около минуты, Екатерина. Но у вас есть отличный стимул ускориться, — Аларик нежно провел пальцем по ее холодной щеке, стирая крошечную снежинку. — Зрители ждут. Император ждет. И я… я тоже жду нашего ужина.

В этот момент глушилки, установленные наемниками, исчерпали заряд. Магический фон в ущелье стабилизировался. На деревьях вокруг них тихо зажужжали восстановившие связь кристаллические камеры трансляции.

— Пора, — Катя мгновенно пристегнула лыжу. Вся ее стать преобразилась, она снова стала идеальной машиной для победы. Девушка бросила на юношу последний, обжигающий взгляд. — Закажи столик в лучшем ресторане, князь. Я буду зверски голодна.

Она мощно оттолкнулась палками и сорвалась с места, исчезая за поворотом трассы.

Аларик удовлетворенно улыбнулся. Он сделал шаг назад, прямо в густую тень, отбрасываемую поваленной сосной, и позволил пространству вновь поглотить его.

Когда юный князь вернулся в VIP-ложу, прошло не больше четырех минут. Он неспешно прошел к своему креслу, держа в руках свежий бокал минеральной воды с долькой лимона, словно действительно всё это время прохлаждался в баре.

Илья Борисович Орловский сидел в той же позе, покрывшись испариной. Клаус и Фриц возвышались за его спиной, как немые стражи порядка.

— Я что-нибудь пропустил? — невинно поинтересовался Трикстер, опускаясь в кресло.

В ту же секунду стадион взорвался оглушительным, неистовым ревом ста тысяч глоток. На огромных маго-экранах появилась фигура Екатерины. Она вылетела из Соснового Ущелья подобно бело-золотой молнии. Ее комбинезон был слегка испачкан снегом, но движения оставались безупречными.

Она не просто сохранила лидерство — она летела к финишу с таким отрывом, который не оставлял соперницам ни единого шанса.

Комментатор задыхался от восторга:

— Невероятно! Преодолев аномальную зону в лесу, наша ледяная дева идет на золотую медаль! Это абсолютный триумф Имперской сборной!

Орловский-старший сдавленно застонал. Его план рухнул. Егеря не вышли на связь, фугасы не сработали, а девчонка, которую он приговорил к смерти, сейчас пересекала финишную черту под ликующий рев толпы. Граф перевел стеклянный взгляд на Аларика. Юноша изящно отсалютовал ему бокалом с водой.

— Знаете, Илья Борисович, — тихо, чтобы слышал только старик, произнес интриган. — Я всегда говорил, что зимние виды спорта чрезвычайно полезны для здоровья. А вот интриги… интриги могут привести к скоропостижной отставке. Или к длительному тюремному заключению.

В этот момент двери Императорской ложи распахнулись. Внутрь чеканным шагом вошел Главный Царский Инквизитор в сопровождении десятка закованных в броню ликвидаторов Канцелярии — настоящих, а не купленных Орловским предателей.

Тень подошел прямо к креслу графа. Его глаза-провалы смотрели на магната без капли жалости.

— Граф Орловский, — голос Инквизитора прозвучал тихо, но заставил замолчать всю ложу. Даже Император повернул голову. — Именем закона вы арестованы по обвинению в государственной измене, попытке срыва Императорского турнира и организации заказных убийств. Улики, любезно предоставленные нам… анонимным источником, неопровержимы.

Орловский обмяк, словно из него вынули стержень. Два инквизитора грубо схватили его под руки и вздернули на ноги. Канцлер, сидевший неподалеку, побледнел и поспешно отвернулся, делая вид, что крайне заинтересован церемонией награждения на экране. Он уже понял, что старик пойдет ко дну один, и вмешиваться — значит разделить его участь.

Когда опального магната уводили, он бросил на Аларика взгляд, полный абсолютной, первобытной ненависти и такого же абсолютного бессилия.

Аларик лишь снисходительно кивнул ему на прощание. Змей торжествовал. Партия была разыграна по нотам, и финальный аккорд прозвучал безупречно. Враг был уничтожен его же собственными интригами, переданными в руки правосудия, пока сам Трикстер оставался кристально чистым меценатом.

Великая княгиня Елизавета Романова наклонилась к юному князю. В ее глазах читалось глубочайшее уважение.

— Ваш шторм оказался не только разрушительным, но и весьма… созидательным, Трикстер. Вы очистили ложу от мусора, не испачкав собственных рук.

— Я предпочитаю называть это генеральной уборкой, Ваше Высочество, — скромно потупил взор бывший хирург. — Империя заслуживает только лучшего.

На стадионе заиграл торжественный гимн. Екатерина, измотанная, но сияющая неподдельным счастьем, стояла на высшей ступени пьедестала, сжимая в руках золотой кубок. В этот момент она подняла глаза и посмотрела прямо на Императорскую ложу. Их взгляды с Алариком встретились через огромное расстояние. В этом безмолвном диалоге было всё: и кровь на снегу, и инфернальная тьма, и обещание того самого ужина, который станет началом новой, еще более опасной главы.

Аларик гада Рус откинулся в кресле, наслаждаясь моментом. Монополия на алхимию была установлена, враги сломлены, а ледяная крепость неприступной красавицы пала перед его демоническим обаянием. Впереди маячил доступ к четвертому Кругу Бездны и абсолютная власть над теневой стороной столицы. Жизнь в этом мире определенно начинала играть новыми, восхитительно-мрачными красками.

Гул на трибунах стадиона «Снежный Барс» стоял такой, что вибрировал хрусталь в Императорской ложе. Пока стотысячная толпа скандировала имя чемпионки, за бархатными портьерами разворачивалась драма, достойная античной трагедии.

Илью Борисовича Орловского уводили. Ликвидаторы Канцелярии, закованные в матовую броню, тащили обмякшего, внезапно постаревшего на десяток лет магната к выходу. Никто из вчерашних союзников не проронил ни слова в его защиту. Аристократия обладала безупречным чутьем на падаль: стоило хищнику оступиться, как стая мгновенно отворачивалась, делая вид, что никогда не водила с ним знакомства.

Канцлер Империи, грузный мужчина с седеющими бакенбардами, тщательно протирал шелковым платком внезапно запотевшее пенсне. Его руки предательски дрожали. Он прекрасно понимал, что нити заговора, если Инквизиция потянет за них достаточно сильно, неизбежно приведут в его собственный кабинет.

Аларик неспешно подошел к сановнику. Юный князь остановился рядом, опираясь на Трость Мефистофеля, и устремил взгляд на ликующую арену.

— Поразительное зрелище, не правда ли, Ваша Светлость? — бархатный голос Трикстера прозвучал над ухом Канцлера, заставив того вздрогнуть. — Спорт учит нас одной важной истине. Победитель забирает всё, а проигравший… проигравший отправляется в казематы Тайной Канцелярии писать чистосердечные признания.

— Вы играете с огнем, гада Рус, — процедил сановник, стараясь не смотреть в пугающие, бездонные глаза собеседника. — Падение Орловского вызовет коллапс на верфях. Экономика не терпит пустоты.

— Пустоты не будет, — бывший парижанин ослепительно улыбнулся. — Мои поверенные уже выкупают долговые обязательства его корпорации. Империя получит свои корабли вовремя, а вы, мой дорогой Канцлер, сохраните свой пост. При одном скромном условии.

Сановник наконец повернул голову. В его водянистых глазах читался страх, смешанный с жаждой политического выживания.

— Каком условии?

— Вы забудете дорогу на мой завод, перестанете присылать ко мне нервных ревизоров и обеспечите моим начинаниям зеленый свет в министерствах. Ваша супруга, кстати, выглядит сегодня просто восхитительно, — Змей сделал многозначительную паузу, наблюдая, как бледнеет Канцлер. — Говорят, она стала преданной клиенткой барона фон Тотена. Будет ужасно, если эксклюзивные поставки ее любимого крема внезапно… прекратятся. Женщины в гневе так непредсказуемы.

Удар был нанесен с хирургической точностью. Канцлер осознал, что оказался в капкане: его карьера висела на волоске, а собственная жена, одурманенная алхимической молодостью, разорвет его на части при попытке пойти против гада Рус.

— Я вас понял, князь, — глухо выдавил чиновник, склоняя голову в знак капитуляции. — У нас с вами… не будет разногласий.

Аларик удовлетворенно кивнул и изящно отсалютовал подошедшему Главному Инквизитору. Тень, выпустив облачко сизого дыма, проводил взглядом сломленного Канцлера.

— Вы не просто срезали гнилую ветвь, Трикстер. Вы привили к дереву свой собственный, ядовитый побег, — констатировал Инквизитор. — Орловский уже начал давать показания прямо в карете. Ваша анонимная папка с компроматом оказалась весьма точной.

— Я всегда тщательно проверяю источники, Ваше Превосходительство. Империя стала чуть чище. Разве это не повод для праздника?

Манипулятор развернулся на каблуках.

— Клаус, Фриц, за мной. Нас ждет ужин в весьма… требовательной компании.

Ресторан «L’Empereur», располагавшийся на верхнем ярусе самой высокой башни столицы, славился тем, что столик здесь нужно было бронировать за полгода. Но сегодня его залы пустовали. Аларик просто выкупил заведение на весь вечер, щедро компенсировав владельцу упущенную выгоду.

Огромные панорамные окна открывали вид на сияющий огнями мегаполис. В центре главного зала был накрыт единственный стол. На белоснежной скатерти мерцали свечи, а в хрустальных ведерках со льдом дожидалось своего часа винтажное шампанское.

Екатерина появилась ровно в восемь.

Биатлонистка, которую столица привыкла видеть в спортивном комбинезоне или строгом военном мундире, преобразилась настолько, что даже у искушенного интригана на секунду перехватило дыхание. На ней было вечернее платье из темно-синего бархата, оставляющее открытыми точеные плечи и спину. Ткань струилась по идеальной фигуре, подчеркивая хищную грацию спортсменки. Светлые волосы были уложены в элегантную прическу, а льдистые глаза смотрели с вызовом и затаенным предвкушением.

Бывший криминальный гений шагнул навстречу, бережно взяв ее руку и запечатлев на тонком запястье почтительный поцелуй.

— Вы затмеваете огни этого города, чемпионка, — искренне произнес юноша. — Поздравляю с золотом. Император аплодировал вам стоя.

— Император аплодировал моему финишу. А вот то, что обеспечило этот финиш, осталось гнить в Сосновом Ущелье, — Катя не стала играть в светскую жеманность. Она грациозно опустилась на отодвинутый для нее стул. — Твои люди… или то, что от них осталось… сработали чисто. Служба безопасности трассы нашла только перепаханный снег и обломки винтовок.

Аларик занял место напротив, жестом отсылая вышколенных официантов. Он сам наполнил бокалы шампанским.

— Уборка мусора — это залог экологического баланса, дорогая. А Орловский больше не сможет наслаждаться зимними пейзажами. Ближайшие лет двадцать он проведет в местах с куда более суровым климатом.

Девушка подняла бокал, ее взгляд стал пронзительным.

— На полигоне я видела, как ты поглотил антиматерию. В ущелье — как ты разорвал ликвидатора, даже не коснувшись его физического тела. Твои глаза… они горели пламенем, от которого хотелось одновременно упасть на колени и взяться за оружие, — биатлонистка сделала глоток, не отрывая взгляда от Трикстера. — Кто ты такой, Аларик гада Рус? Точнее… что ты такое?

Манипулятор медленно поставил бокал на стол. Врать этой женщине не имело смысла, да и Змей внутри него требовал откровенности перед равным хищником.

— Я тот, кто заключил самую выгодную сделку в своей жизни, — голос князя зазвучал глубоко и гипнотически. — Я умер в грязной подсобке, преданный теми, кого считал друзьями. И Бездна предложила мне выбор: раствориться в небытии или вернуться, став ее проводником. Я выбрал второе. Моя сила питается чужим страхом, отчаянием и жадностью. Я — Демонический Рынок Мультивселенной во плоти.

Он ожидал любой реакции: неверия, истерики, попытки бежать.

Но ледяная дева лишь усмехнулась. В ее глазах не было ужаса — только мрачное, адреналиновое восхищение.

— Значит, вся столичная элита сейчас танцует под дудку демона, — констатировала она, грациозно нарезая стейк из мраморной говядины. — Это многое объясняет. Особенно то, как быстро твои алхимические мази подчинили себе светских куриц.

— Тебя это пугает? — Аларик чуть склонил голову, наслаждаясь ее хладнокровием.

— Меня пугает скука и бессилие, — Катя отправила кусочек мяса в рот и изящно промокнула губы салфеткой. — А то, что я видела в лесу, было чем угодно, но не скукой. Ты спас мне жизнь, Трикстер. Дважды. И ты расчистил мне путь к вершине. Я солдат Империи, но я не дура, чтобы отказываться от союза с силой, способной менять реальность.

Она протянула руку через стол и накрыла его пальцы своими. Хватка спортсменки была крепкой, теплой и уверенной.

— Мы с тобой из одного теста, князь. Мы любим побеждать. И мне чертовски нравится то, как ты играешь.

Змей внутри интригана торжествующе расправил капюшон. Последний бастион рухнул. Эта женщина не просто приняла его темную сущность — она стала идеальным дополнением к его инфернальному двору.

Ужин перерос в долгий, искрящийся черным юмором и интеллектуальными пикировками разговор. Они обсуждали падение древних родов с той же легкостью, с какой критики обсуждают театральные премьеры. Когда ночь окончательно вступила в свои права, Аларик проводил Екатерину до ее бронированного лимузина. Прощальный поцелуй не был целомудренным — в нем чувствовался вкус шампанского, адреналина и обещания того, что эта ночь — лишь пролог к их совместной власти над столицей.

Ближе к утру «Эфир-Фантом» доставил Аларика обратно на территорию «Красной киновари».

Завод спал, но это был чуткий сон вооруженного до зубов лагеря. Стартер отдал хозяину короткий рапорт о полной тишине на периметре.

Трикстер поднялся в свой кабинет, сбросил пальто и опустился в кресло. Оставшись в одиночестве, он наконец позволил себе расслабиться и открыл ментальный интерфейс Системы.

То, что он увидел, заставило даже его ледяную кровь ускорить бег.

За последние двое суток — начиная с психоактивного удара «Зеркалом Грехов», продолжая продажей «Слез Афродиты» столичной богеме и заканчивая паникой Орловского и его ликвидаторов — Система собрала колоссальную, невиданную доселе жатву.

«ВНИМАНИЕ! КРИТИЧЕСКОЕ НАКОПЛЕНИЕ ЭНЕРГИИ. Баланс: 4850 душ высшего качества (Страх элиты, Отчаяние убийц, Тщеславие правителей). Требования для перехода выполнены. Активирован Протокол Возвышения. Доступ к 4-му Кругу Бездны ОТКРЫТ».

Пространство кабинета содрогнулось. Воздух стал густым, пропитавшись запахом серы и озона. Аларик выгнулся в кресле, чувствуя, как невыносимый жар прокатывается по его венам. Это была не боль, а чистая, концентрированная эволюция. Эфирное ядро внутри него расширялось, ломая старые ограничения и вплетая в ауру новые, пугающие нити силы.

**'Разблокирован статус: ТЕНЕВОЙ ВЛАДЫКА.

Новые пассивные навыки:«Аура Абсолютного Доминирования» (Подавляет волю существ ниже вашего уровня в радиусе 100 метров).«Инфернальный Архитектор» (Возможность изменять физические свойства подконтрольной территории).

Новый активный навык:«Легион» (Призыв убитых вами врагов в виде теневых фантомов для короткого, сокрушительного удара).'**

Когда трансформация завершилась, Аларик медленно открыл глаза. Теперь в их глубине постоянно, едва заметно, мерцала золотая искра высшего хищника мультивселенной.

Он поднялся и подошел к окну.

В дверь постучали. В кабинет бесшумно вошел Аристарх Львович. Некромант, несмотря на ранний час, выглядел безупречно. Следом за ним, прячась в тенях, скользнул Фантом, а в дверном проеме показалась массивная бронированная морда Гипериона, пришедшего получить заслуженную порцию ласки. Последней в кабинет вошла Наталья Потоцкая, сжимая в руках увесистую кожаную папку.

Его Двор. Его инфернальная свита.

— Ваше темное сиятельство, — барон фон Тотен изящно поклонился, и в его зеленых глазах мелькнуло искреннее благоговение перед новой, давящей аурой хозяина. — Ночь была плодотворной. Жены министров буквально обрывают наши секретные линии связи. Они требуют новые порции крема и готовы закладывать государственные тайны.

— Забирай их секреты, дедушка. Они нам пригодятся, когда мы решим сменить Канцлера, — спокойно ответил Аларик.

Он перевел взгляд на шпионку.

— Графиня. Что в папке?

— Долговые обязательства и закладные корпорации «Ростехно-магия», — Наталья с придыханием положила документы на стол. — После ареста Орловского акции рухнули в бездну. Мы выкупили контрольный пакет через сеть подставных лиц. Теперь верфи, заводы и логистические узлы опального графа принадлежат вам. Юридически чисто и абсолютно законно.

Аларик гада Рус обвел взглядом свой кабинет, своих преданных слуг-монстров и бумаги, делающие его самым богатым и могущественным человеком в столице.

Всего несколько недель назад он очнулся в гниющем теле отравленного мальчишки, окруженный кредиторами и врагами. Теперь он стоял на вершине пищевой цепочки Империи. Его враги были мертвы, разорены или гнили в казематах. Его союзники были фанатично преданы. Его женщина оказалась такой же безжалостной хищницей, как и он сам.

Империя еще по инерции продолжала жить старыми правилами, верить в законы и министров, но суть уже изменилась. Сердце столицы теперь билось в едином ритме с пульсом Бездны.

Трикстер мягко коснулся серебряного ворона на своей трости. Птица одобрительно сверкнула рубиновым глазом.

— Вы превзошли сами себя, господа, — голос Теневого Владыки заполнил комнату, резонируя с самой тканью пространства. — Но не стоит расслабляться. Сегодня мы завоевали столицу. А завтра… завтра мы обратим свой взор на саму Корону. Игра только начинается. И в этой игре у нас больше нет конкурентов. Есть только будущие подданные.

Аларик гада Рус улыбнулся, и вместе с этой холодной, инфернальной улыбкой над Империей окончательно взошла новая, черная звезда. Звезда Абсолютного Доминирования.