Кромешник. Том 3 (СИ)

Глава 2

— Ты не понимаешь, — продолжил тем временем ведьмак, — В нашем мире есть силы, которые должны быть освобождены. Я делаю то, что должен, — А вы все, только инструмент для достижения цели.

— Отступник, — произнес уверенно, — Теперь я даже рад, что оказался в этом лесу. Одним уродом сегодня станет меньше.

В глазах ведьмака мелькнуло раздражение. Он не понимал, почему я его не боюсь.

— Ты либо сумасшедший, либо действительно веришь, что можешь меня победить? Глупец, но мне это на руку.

Он шагнул ближе, и я почувствовал запах пота и земли, смешавшийся с ароматом свежей травы и крови.

— Грр-р, — взревел позади хозяин леса, но подняться так и не смог.

Интересно, что с ним сделал ведьмак? Ведь в своём лесу Леший должен быть практически всесилен.

Хотя, вычитал я в дневнике бабки, что основная сила подобного существа заключена не только в нём самом, но и в одном из вековых деревьев, растущих в самой тёмной чаще леса, и если срубить или повредить это дерево, можно убить или очень сильно ослабить Лешего.

Скорее всего, это и произошло, другого объяснения происходящему у меня не нашлось.

Окажись Хозяин леса в полной форме, расплющил бы мерзкого отступника одним пальцем.

Ведьмак на рычание медведя не обратил внимания, не сводя с меня пристального взгляда. Он хоть и не видел во мне соперника, но бдительность терять не спешил. Вдумчивый, собака, и опытный.

С таким придётся повозиться.

На Варвару он внимания не обращал. Ну право слово, что может сделать маленькая девочка? Разве что описаться от страха.

— Ты не понимаешь, с кем имеешь дело, — произнес парень, хотя какой парень, он только с виду казался молодым, а сам наверняка разменял не один десяток, а то и сотню, — Я один из жрецов Великого хаоса, который скоро очнётся от сна и придёт в этот мир, откроет врата и тогда… — его голос стал низким и угрюмым и полным торжественности.

Ведьмак всё говорил и говорил, брызгая слюной и чуть ли не трясясь от предвкушения.

Ну точно одержимый!

— Когда мой господин придёт к власти, мир станет другим, мы встанем у его истоков и будем…

Я не перебивал, молча слушая фанатичный бред, надеясь, что он назовёт имя своего хозяина, того — кому отступники приносили жертвы, но увы, ублюдок так этого и не сделал.

Зато сыпал проклятиями и расписывал, как землю заполнят умертвия и другие обитатели Нави, как они уничтожат большую часть населения, а остальных подчинят и будут разводить как домашний скот, готовя с самого рождения на убой. Обустраивая по всему миру кормовые базы.

С каждым словом ведьмака во вне поднималась ярость. Я бы уже бросился в бой, но прежде должен был спросить:

— Скажи, кому ты молишься, может, я тоже присоединюсь к вашей пастве, — пришлось пойти на хитрость, но ведьмак не повёлся.

— Ээ-э, нет. Меня не проведёшь. Я вижу в твоих глазах ненависть, так что говорить ничего не буду.

— Ты же сам сказал, что убьёшь нас, так просвети во имя кого это сделаешь.

— Во имя моего господина: самого великого и могущественного, того, кто изменит Мир.

А парень парень начал повторяться. Видимо заклинило урода, совсем крыша поехала.

— Похоже, ты и сам не знаешь, кто твой господин, а ещё жрецом называешься, — усмехнулся я.

— Нет, знаю, — рявкнул он в ответ, но по бегающим глазам и гримасе злости вперемешку с раздражением, которые проскочили по лицу отступника, понял, что попал в точку, а значит, больше ждать не имело смысла, пора было действовать.

— Варя, постой в сторонке и никуда не влезай, только если в крайнем случае.

Девочке моя просьба не понравилась, но видя, что спорить сейчас не вариант, Варвара утвердительно кивнула и сделала пару шагов назад.

Я знал, что девчонка может уничтожить ведьмака. Дочь Богини, пусть наказанной, лишённой практически всех сил и изгнанной на Кромку, была в разы сильнее меня, вот только в моих глазах, она так и оставалась маленькой девочкой, а девочкам не пристало драться с большими дядями и тем более убивать. Ей нужно играть со сверстниками, учиться новому и интересному, познавать окружающий мир и развлекаться.

Хотя, кто знает, какие развлечения у обитателей Кромки, тем более — у маленьких полубогинь.

Может, как раз убийство плохих парней и относится к этим самым развлечениям, но только не в мою смену.

Если могу всё сделать сам, никогда не стану перекладывать проблемы на чужие плечи, разве что только на Навьи, но это не в счёт. Они добровольные помощники и будут рады покарать отступника, особенно та тройка, которая пострадала от рук таких же ублюдков

— Забыл сказать, — хмыкнул отступник, приближаясь ко мне, — Я тебя не убью, по крайней мере, не сразу, только чуть-чуть покалечу и оглушу. Сдохнешь ты на алтаре, принесённый в жертву моему господину, а затем, я пущу кровь твоей соплячке.

Ведьмак оскалился и рванул на меня.

Успел увернуться в последний момент, почувствовав, как воздух сотрясся от его движения. Нож ведьмака, сверкнувший в тусклом свете пасмурного дня, пронесся в сантиметре от моего лица, оставив за собой шлейф холодного ветра. Сердце заколотилось, как бешеное, разгоняя адреналин по венам.

Отступник остановился в нескольких шагах от меня, готовясь к новой атаке, его зрачки сузились как у хищника, готовящегося к прыжку, но я был готов, и не собирался позволить поймать себя в ловушку. Сделал шаг вправо, уклоняясь от очередного удара.

Нож вновь пронесся мимо, оставляя за собой ощущение остроты и угрозы.

— Ты думаешь, что сможешь постоянно уклоняться? — прорычал ведьмак, отступив назад и усмехнувшись, — Тебе не победить, сдайся, и тогда, так и быть, я не стану мучить твою девчонку, она умрёт быстро.

Оскалился в ответ, не собираясь сдаваться.

Знал, что этот ублюдок со мной играл, не применяя своей основной силы. Развлекался, сволочь, но и я пока ещё не провёл ни одной атаки. Проверял, на что способен отступник, выжидал, когда он начнёт использовать свой дар. Хотелось сразиться с сильным противником, испробовать свои силы.

Внутри меня разгорелось пламя ярости и разочарования, когда ублюдок вновь бросился на меня с ножом.

— Дерись нормально, — пришёл мой черёд говорить, — Или ты можешь только ножиком махать? А использовать свой дар слабо? Может ты вообще практически ни на что не способен. Бездарь, корчащий из себя могучего жреца.

— Скучно с тобой, не интересно, но так уж и быть, если хочешь, чтобы всё быстро закончилось, я пойду тебе навстречу, — словно делая одолжение, произнес ведьмак и картинно взмахнул руками, а я почувствовал, как на моём теле вспыхнули практически все татуировки, нанесённые ведьмами, принимая удар на себя.

На мгновение тело прошило болью, которая тут же ушла, впитываясь в охранные заклинания.

Неприятно, но не смертельно.

Отступник широко распахнул глаза от удивления, явно не ожидая, что я выстою после его удара.

— Как? — растерянно пробормотал он, — вновь собираясь сделать пас руками, но я не позволил ему это сделать, действуя на опережение.

— Моя очередь.

Махать руками не стал, мне это было не нужно, лишь мысленно создал несколько комбинаций рун и активировал силой воли, вливая в конструкт свою силу, которая вмиг преобразовалась и понеслась навстречу противнику в виде смертельной энергии.

— Бах! — послышался грохот, и у ног отступника взметнулись вверх комья земли.

Моя атака не достигла цели, влетев в выстроенную ведьмаком невидимую стену.

Ага, значит ублюдку тоже не нужны физические действия для активации заклинаний, а дерганья руками — это так, глупая показушность.

Противник, не ожидавший такого сильного удара, взбесился. В мою сторону одно за другим полетели заклинания. Пришлось защищаться. Об атаке речи уже не шло.

Краем глаза заметил, как Варька, прячась в тени деревьев, нервно переминалась с ноги на ногу, готовая в любой момент прийти на помощь.

Переживает, — промелькнула в голове мысль, — Ничего, Варюша, я и не таких укладывал на лопатки, один только пришлый Кромешник чего стоил.

Не знаю, сколько раз мне пришлось уворачиваться от ударов противника, а сколько принять на защиту, я, если честно, сбился со счёта.

Татуировки перегрелись, опаляя кожу. Чувств ещё пара атак и они полетят к чёрту. Одно радовало, отступник тоже начал выдыхаться, а это значило, что можно применить свой основной козырь.

Крепче сжал в руках посох и усмехнулся.

— Пришла пора поработать, ребятки, — обратился к троице Навий, которых подобрал близ Перловки, — Ну-ка, вылезайте и гляньте, не причастен ли этот ублюдок к вашей смерти.

Шансов на то — что этот ублюдок окажется одним из душегубов, было мало, но я не исключал такой возможности. Може, т одного из убийц кара настигнет намного раньше, чем планировалось.

Грешников звать не стал. Если не справимся, тогда настанет и их черёд.

Руны на посохе вспыхнули ярким светом, а затем, в воздухе сформировались три полупрозрачные фигуры, и на отступника устремились пылающие ненавистью и жаждой мести взгляды загубленных душ.

— Это ещё что за ерунда? — опешил ведьмак, — Какого Лешего.

— Лешего не тронь, ему и так от тебя досталось, — хмыкнул я и посмотрел на призраков.

— Нет. Его среди наших убийц не было.

Я примерно так и предполагал, но всё же надеялся на другое.

Навьи смотрели на меня с преданностью, мольбой и нетерпением, им хотелось добраться до отступника, выпить его силу и разорвать на части, но без приказа, они ничего не могли сделать.

Я прекрасно понимал ребят, им нужно было знать, что они приложили свои призрачные руки к истреблению этой погани и отказывать в таком удовольствии не собирался.

— Вперёд! —прозвучала моя команда, и три полупрозрачные фигуры рванули вперёд.

Денис оказался первым.

Он стремительно приблизился к отступнику, который, не ожидая такой напористости, попытался уклониться, но у ведьмака ничего не получилось. Призрак вгрызся в его шею, отхватывая огромные куски силы, запуская руки в тело ублюдка, словно мечтая разодрать его изнутри.

Антон и Лиля подлететь не успели, отступник взмахнул руками, полностью игнорируя повисшего на нём духа, и в воздухе возникли острые ледяные шипы, которые стремительно полетели к призрачным противникам.

— Берегись! — послышался детский крик, но я уже и сам понял, что шипы на лету поменяли направление и вместо того, чтобы ударить по Навьям, понеслись в мою сторону.

Умен ублюдок.

Знает, что моим неживым помощникам ничего не будет. Ледышки просто пролетят сквозь них, не причиняя вреда.

Мне же пришлось буквально падать на землю, иначе бы шипы прошили мое тело насквозь.

Успел в последнюю секунду, а затем, опять вскочил на ноги. В это время Антон и Лиля добрались до отступника и тоже принялись тянуть из него силу.

Ублюдок взвыл, но сдаваться не собирался. Он применял заклинание за заклинанием, пытаясь избавиться от пожирающих его силу Навий, но ничего не мог сделать.

Ещё бы, ведь совладать с ними мог только Кромешник, а находящийся напротив меня ведьмак, им не был.

— Убери от меня эту нежить, иначе пожалеешь, что родился на свет. Я буду тебя пытать, я буду… Аа-ааа!

— Где-то я уже это слышал.

Отступник, осознав, что его шансы на победу тают, решил добраться до меня любыми способами.

Не знаю, откуда он взял силы, но каким-то непостижимым образом сумел вызвать тени, которые заклубились около его ног, а затем начали расти, принимая образы уродливых тварей, которые кинулись ко мне.

А вот это уже плохо.

Против подобных теневых созданий у меня не было защиты. Я, вообще, знал про них очень мало.

Испугаться не успел, так как между мной и монстрами возникла маленькая чёрная фигура, которая быстро стала увеличиваться в размерах, и уже через пару мгновений оказалась больше насланных на меня теней в три раза.

Я даже сначала не понял, что это моя Фиса, а когда разглядел, кто именно встал на мою защиту, крякнул от удивления.

— Пш-шшш, — раздалось громкое шипение коргоруша, и тени отступника замерли на месте и затряслись от страха.

Огромная кошка сделала шаг вперёд, наступая на противников, и те попятились, пригибая к земле головы, а затем, и вовсе улеглись на пузо, завиляв задницами, как нашкодившие щенки.

— Не-ет! Ты не сможешь остановить меня, — заорал отступник, видя, что его атака потерпела крушение, и вытирая выступившую на губах кровь, — Я служу тем, кто сильнее тебя!

Я не собирался слушать его бред.

— Это ты не понимаешь, с кем связался, — произнес громко, чувствуя, как отпускает пыл схватки, и наблюдая за тем, как ведьмак с трудом стоит на ногах, а мои Навьи сыто рыгают, точнее — Денис, который уже оторвался от шеи отступника и довольно облизывался.

Это выглядело жутковато, если учесть, что передо мной находился призрак, но я уже привык, поэтому только усмехнулся.

— За меня отомстят, — произнес ведьмак заплетающимся языком, было видно, что сознание начало его покидать, — Тебя найдут… и твою… тоже… — он перевёл взгляд на Варю, которая уже вышла из-за деревьев и встала рядом со мной.

— Пусть приходят, — кивнул в ответ, — В свою же очередь могу пообещать, что найду твоего господина, кем бы он ни был, и остановлю, даже если придётся отправиться за ним в Навь.

Глаза отступника гневно сверкнули, а затем, и вовсе потухли. Тело ублюдка тяжелым кулем рухнуло на землю, а Навьи радостно завыли, таким способом восхваляя свою победу.

— Заткнитесь! — прикрикнула на них Варька, тряся пальцами в ушах, — Чего разорались?

Навьи с опаской покосились на дочь Хозяйки Медной горы. Уж кто-кто, а они прекрасно чуяли её силу.

— Довольны?

— Да, — ответил за всех Дэн, — Если так пойдёт и дальше, то мы с удовольствием послужим тебе, Кромешник.

— Хорошо, а теперь давайте обратно в посох, — приказал я.

Было видно, что им хочется полетать на свободе, но сейчас мы были на чужой территории и без спроса хозяина я не имел права отпускать призраков блуждать по лесной вотчине.

Навьи обиженно вздохнули, но выполнили приказ, а я подхватил на руки уже принявшую свои обычные размеры Фису, почесал за ухом, и взяв Варвару за руку, потянул в сторону, туда — где притулился под деревом раненый Леший.

Он уже не был в образе медведя. Передо мной, на опавшей прошлогодней хвое, скрючившись лежал невысокий старик, и обхватив себя руками, тихо постанывал.

— Что же ты, батюшко, так неосторожно. Зачем подставился? Спрятался бы, отсиделся в безопасности, а там, глядишь, и ушёл бы отступник не солоно хлебавши.

Леший недобро на меня зыркнул.

— Да чтобы я, в своём лесу, да испужался супостата! Не бывать этому!

Покачал головой на упрямство старика.

— Не мог я сдаться. Ну, не мог. Это же мой дом. Вот ты бы разрешил незваному гостю у себя дома хозяйничать, да грязными ногами пол марать?

— Нет.

— Вот и я не смог.

Леший прикрыл глаза и выдохнул сквозь зубы. Было видно, что ему очень больно.

И что теперь делать-то? Как бы не помер Хозяин Леса.

Я ещё раз оглядел старика и кивнул сам себе.

А почему бы и нет. Не попробуешь — не узнаешь. Если на Кромке мне нежить и нечисть лечить удавалось, то может и здесь получится.

Варвара, словно услышав мои мысли, ободряюще улыбнулась.

— Давай, лечи. Если не хватит сил, я подсоблю.

— Ты умеешь исцелять?

— Не-а, — покачала головой девочка, — А вот силы тебе передать смогу.

Варька почему-то смутилась, и пробубнив что-то себе под нос, отошла в сторону.

— Батюшко, ты только не пугайся, если почувствуешь что-то странное. Я тебя сейчас вылечить попробую.

— Лечи, чего уж тут. Вариантов всё равно нет. Чую, помру скоро.

— Ну, это мы ещё посмотрим, — я упрямо поджал губы и положил руки на грудь старика.

Татуировка Чура нагрелась, но больше ничего не происходило. Как бы я не пытался направлять силу в тело Лешего и латать его раны, энергия уходила словно в никуда.

Здесь нужно было действовать по-другому.

— А если вот так? — пробормотал я себе под нос.

Сформировав мысленно руну Здравие и соединив её с руной Жизни и руной Вечность в незамысловатый узор, впечатал его в грудь старика.