Один континент

Глава 29

Вместо черного пакета в который была обернута радиостанция в парке на прилавке магазина

меня дожидалась огромная подарочная коробка нежно-голубого цвета, с шикарным ярко-золотым

бантом.

“О, Раф! Да ты романтик!” - шепчу я себе под нос, глядя на это безобразие.

В прошлой жизни я вряд ли бы догадалась, что внутри такой упаковки. Ваза? Плюшевый

медведь? Кубок чемпионата мира по футболу? Эмм, это ведь разновидность вазы. Как будет

правильно по-древнегречески? Канфар! Всё, на этом моя фантазия иссякла.

“Жду тебя завтра, в 12-00, - гласила прикрепленная к коробке сопроводительная карточка. -

Не опаздывай. На выходе из магазина сделай вид, что это от Джейка или еще что-нибудь в

этом духе. Это важно. P.S Это ОЧЕНЬ важно. Я скучал.”

Я сначала нахмурилась. К чему вся эта конспирация? Джейк все равно узнает, даже, если

сейчас я введу в заблуждение Паоло и Лизу. Мне придется сказать от кого это, а если нет,

то он ведь не дурак, быстро догадается.

Потом, перечитав последние строки, я улыбнулась. Я тоже думала об этом страшилке, сперва с

ужасом, потом со злостью и непониманием, потом с проклятиями и все-таки со злостью.

- Он сумасшедший, - протянула я, поглядев на пышный, колышущийся на сквозняке бант. - К

чему все эти квесты?!

Рафу удалось впечатлить не только меня. Паоло и Лиза смотрели на яркое великолепие в моих

руках с широко раскрытыми глазами. Еще бы! Дико все это смотрится на фоне окружающей нас

серости. Все прошлые ценные подарки в это время не имеют никакой ценности. Чего бы я

хотела на самом деле?

- Там торт? - глаза мальчишки загорелись в предвкушении, - У тебя день рождения?

Лиза только фыркнула в ответ на это. Согласна с ней более чем. Торт, если только

бутафорский!

- Ох, если бы, - вздохнула я, чувствуя себя несколько глупо. - Там кое-что личное.

Паоло тут же хмурится и, повернувшись к Лизе, говорит:

- Мы не будем такими омерзительными.

Вот значит как я и Джейк смотримся со стороны!

- Разумеется, - я хохочу от этого детского замечания. - Пойдем! Отнесем ее домой.

Чувствую пахнет грозой и заранее втягиваю голову в плечи. Не в упаковке дело и не в

содержимом, а в дарителе.

Джейка наверняка обнюхает все от и до. И да, он не оборотень и ни в собак, и ни в кроликов

не превращается.

Почему в кроликов?

Смотрела я как-то фантастический сериал про путешествия в параллельные миры, так вот в

одну из серий герои попали в мир, что был больше их самих в тысячи, а может быть и в

миллионы раз и на лугу их встречало это пушистое создание.

Бррр! Ну и зубы у него были! Точь-в-точь, как у тех ребят, только у последних они чуточку

пореже.

Я в очередной раз содрогнулась, перехватив поудобнее тяжелую коробку, а точнее сунула ее

себе под бок, зажав при этом локтем. Паоло и Лиза как всегда идут впереди, периодически

оборачиваясь и проверяя на месте ли я.

Надо поторопиться, иначе, у меня руки отвалятся. Не хватало только уронить и разбить

аппаратуру к чертовой матери.

Представляю взгляд Рафа, когда я признаюсь ему в этом.

Такой, когда он смотрит с самым серьезным выражением лица, прямо в глаза, но при этом

улыбается или смеется в самой глубине души и ничего при этом не говорит. Ощущения

“презамечательные” в тот момент, чувствуешь себя стопроцентной идиоткой.

Как все-таки странно, пугающе, необычно, что такие с виду симпатичные и обаятельные люди

на самом деле монстры. Чем-то похожи на хищные цветы, такие прекрасные и одновременно

зубастые.

Они вампиры. Другого определения их сущности я не вижу, хотя и продолжаю сомневаться в

своей догадке. Мне казалось эти существа пьют кровь, а не обгладывают кости.

Может Паоло с Лизой что-то напутали? Может те люди решили припугнуть их таким образом?

Если думать именно в таком русле, то я просто не вижу логики в таком поступке. Я бы в

таком случае постаралась бежать, как можно быстрее, не оглядываясь и не обращая внимания

ни на что.

- Нет, Алекс! Когда сбежал мистер Солантес она кричала что нас нужно проучить, преподать

такой урок, чтобы мы никогда его не забыли.

Не в первый раз я слышу это “она”. Паоло знает, как зовут таинственную женщину, но

говорить имя отказывается. Они как будто боятся, что произнеся его она явится к нам в

высотку.Я вижу в их карих глазах страх и сдаюсь, прекращаю задавать вопросы.

- Потом была Адеилаида. Она тоже решила бежать, но у нее ничего не получилось. Вечером,

после ее ухода, вернулся Ирвин и пытался накормить нас мясом, предлагал откусить кусочек

от руки обожаемой нами Адель.

Мне становится дурно, но я стараюсь держаться, не прикрывая при этом глаза. Я должна быть

сильнее их, даже если потом я проплачу всю ночь, уткнувшись в подушку.

- Этот Ирвин, он тоже ел мясо?

Паоло кивает и оглядывается на Лизу. На лицах подростков нет ни горечи, ни печали, ни

навернувшихся слез, на них написано смущение и совсем скоро я понимаю почему именно оно.

- Да, они потом заставили нас есть это, каждый раз приговаривая, что если мы не хотим

подобной участи должны сидеть и не рыпаться. Иначе, основным блюдом может стать кто-нибудь

из нас, я, Серж, Роберт или Стейси. Они говорили, что у них безопаснее!

Я потянулась к ребятам, притягивая их к себе за головы и целуя по очередности в лоб.

- Адель ведь хорошо относилась к нам, она жалела и старалась не делать больно.

Я не понимаю, но дети показывают свои запясья, потом изгиб локтя, ключицы. Я не понимаю.

- Вены. Видишь их нет? Они брали у нас кровь.

Я вижу и обнимаю их еще крепче. Они такие смелые, такие молодцы, что решились бежать

несмотря ни на что, такие бесстрашные. Я бы наверное так не смогла.

Джейк не русал и не тритон. Хотя, рыбу ловит только на раз, два, три. Джейк - не демон и

ни одно из древнегреческих чудовищ, но очень похож на богов древнего Египта. У тех тоже

было не все в порядке с головами. Я не мозги имею ввиду, а их оболочку.

Кем он еще мог быть? Упоминание и зарисовки таких, как Раф я нигде не встречала. Джейк так

и не показался в своем истинном обличии, не то, чтобы я очень хотела этого, но тем не

менее было любопытно.

“Давай не будем рисковать, а милая?”

Не рисковать, так не рисковать. Чего он боится? Что сорвется и набросится на меня? Весьма

нелогичное суждение. Мы с ним столько времени прожили рядом друг с другом. Пару месяцев

назад вообще жили, как кошка с собакой.

Я перерыла воспоминания несколько раз, но никого подобного “страшилкам” так и не

вспомнила.

Но, чтобы там не говорили книжки, комиксы, картинки и фильмы, они все-таки вампиры, хотя,

мне казалось, что они выглядят несколько иначе, вспомнить только ассортимент

костюмированных магазинов и “Дракулу” Брема Стокера.

Видел ли Брем вампиров на самом деле или же просто создал своего персонажа по рассказам

тех кто уцелел, усилив темный образ мертвенной бледностью, боязнью солнечного света и

осиновых кольев?

Всегда задавалась вопросом: способен ли обычный человек выжить после того, как ему всадят

кол прямо в сердце?

Способ по эффективности прямиком из мирового бестселлера “Молот ведьм”. Там описывается

чудесный способ определения ведьмы: бросили с камнем на шее в воду и ждут. Всплыла?

Однозначно, ведьма! Не всплыла? Невиновна. Только кому от этого легче?

Конец в обоих случаях, как не крути печальный. Так и с вампирами.

Мы сначала отправили наверх Лизу. Последнее время я активно против того, чтобы первой шла

именно она. Меня и теперь охватывает чувство паранойи, все чаще мне кажется, что в нашем

доме бывает кто-то посторонний. Джейк говорит, что все только у меня в голове и он ни разу

не почувствовал кого-то чужого.

- Она быстрая и юркая, говорит, что если что просто скатится вниз! - успокаивает меня

Паоло, глядя на то, как я не отрываю взгляда от окна наверху.

- Да-да.

Несколько минут мы ждем, когда она вновь выглянет из окна и покажет палец поднятый вверх.

Я с облегчением выдыхаю, жду когда она спустит крепления и цепляю за него коробку с

тяжеленным подарком.

- Я вернулся!

Джейк проходит в совершенно холодную и пустую гостиную.

- Народ! Вы где?!

Он бросает взгляд в сторону окна, за которым стремительно меркнет солнце. Где они? Они не

успеют даже, если очень захотят. Что случилось?! Что произошло?!

- Алекс!

В комнате в обыкновение прежнего не пахнет едой. Обычно Алекс варит рис или макароны,

заправляя их всевозможными приправами и найденным то оливковым, то топленым маслом.

- Джейк!

Он оборачивается и кажется, что с этим движением у него слетает гора с плеч. Мальчишка

смотрит на него, дергая головой и показывая глазами наверх.

- Мы наверху! Ты не поверишь! Хотя…

Он замолкает, смерив его подозрительным взглядом.

- Давай за мной!

Он не спешит нагнать его. Теперь просто идет, радуясь тому, что с Алекс все в порядке. Он

только удивляется тому, что они на крыше. Что они забыли там в столь поздний час? Может

что-то сломалось?

Нет. Не сломалось.

На крыше звучит негромкая музыка, что-то из танцевальный хитов. Паоло и Лиза сидят на

низеньком матрасе, возле них огромная жестяная банка из-под маслин, приспособленная ими

под мини-печь. Из ее жерла вырывается огонь, согревая озябших подростков.

- Что-то сломалось? Почему мерзнете здесь, а не идете вниз?

- Нет, мы ждем.

Говорит Алекс негромко. Она не оборачивается к нему, продолжая стоять на краю крыши. Что-

то привлекло ее внимание. Она выбрасывает вниз сигарету и закуривает новую.

- Чего вы ждете? Там что лифт сломался? - продолжает допытываться Джейк. - О каких

новостях ты говорил?

Он смотрит на подростков. Музыка уже стала раздражать его. Мелодия неплоха, а вот

исполнитель бесит, впрочем, судя по всему все скоро закончится. Ритм и темп мало-помалу

затихают, становятся тише..

Так и происходит: мелодию обрывает музыкальная заставка, а дальше раздается голос ведущего

ежевечерних новостей. Джейк все еще не понимает. Лица детей освещает сначала восторг, а

потом какое-то хмурое выражение. Он ищет источник звука. Радиостанция находится совсем

близко к солнечной станции.

- Лидеры стран объединенной Европы вновь собрались в штаб-квартире в Мюнхене. За время

проведения трехдневного саммита будет рассмотрено множество вопросов касающихся

экономики, энергетики, внутренней и внешней безопасности, продовольственный и жилищные

вопросы, также ожидается, что представители государств обсудят действия нового

международного закона исполнения наказаний.

Судя по оживившемуся голосу ведущего, полному восторженных и где-то удовлетворенных

интонаций, он явный сторонник новой нормы права.

- Законопослушные граждане не желают кормить и держать на своих шеях иждивенцев, особенно

тех, кто представляет угрозу для общества, семьям и близким налогоплательщиков. Напомним,

что с сентября месяца этого года были освобождены камеры больше чем от двух тысяч особо

опасных заключенных и отправлены на Континент, благодаря чему налогоплательщики сэкономили

около двух миллионов евро и это только в первые месяцы действия закона! В первые месяцы!

Джейк внимательно слушает диктора. Судя по всему, здесь дело не только в его явной

убежденности правильности происходящего. Здесь пахнет деньгами. Не зря ведь так часто

употребляют слово "налогоплательщики". Чувствуется, что кто-то очень заинтересован в том,

чтобы общественность, не просто говорила, но и как можно быстрее задумалась, а значит и

приняла новую реальность

- Напомним, что правозащитники всего мира за все время становления закона, с момента

разработки до момента его принятия, активно высказывались против этой меры пресечения,

называя закон антигуманным, бесчеловечным и даже жестоким.

Он поражен? Нет. Джейк не сомневался в том, что в мире остались безопасные территории,

города и возможно острова. Он ошибся. Всё оказалось куда глобальнее, чем представлялось

ему в самом начале. В этом мире слишком много оружия, в этом мире очень много умных людей.

Они сумели достаточно быстро сориентироваться в происходящем и принять эффективные меры

для устранения угрозы.

- Однако, данные фондов общественного мнения говорят о том, что они пока в меньшинстве...

В мире достаточно умных людей, но к сожалению интеллект совершенно не исключает жадность и

тягу к накопительству, о чем свидетельствует эта вечерняя сводка. Государства экономят на

преступниках. Мир решил, что для них слишком обременительно содержать тех, для кого чужая

жизнь лишь пустой звук, простое нажатие пальца на курок пистолета.

- Они называют это место - Континент. Теперь никто не говорит об Америке, Штатах, Канаде

или Мексике. Они превратили это место в огромную тюрьму. Все это!

Алекс повернулась к нему, только тогда, когда он встал с ней рядом. Ее лицо мокро от

бегущих по щекам слез, но глаза, они полны злобы и ненависти. Она вновь смотрит перед

собой, из ее груди вырывается сдавленный стон.

- Самая огромная камера в мире, с самыми жестокими правилами и порядками! Здесь никто не

стоит, не гниет заживо в собственных испражнениях, тут просто дохнут, пытаются выжить и

все равно погибают!

Он тянется, чтобы обнять ее, заключить в объятия и успокоить, но Алекс отклоняется от него

и продолжает говорить.

- Ты знал об этом? Ты знал?!

- Нет. Нет, Алекс я не знал! Я также, как и ты слышу об этом впервые.

- Тогда почему?..

Она не договаривает, закрывая лицо руками. Девушка плачет, раскачиваясь на месте, в

опасной близости к краю крыши.

- Потому что это люди Алекс, от них можно ожидать всего чего угодно. Вспомни, что было

раньше? Вспомни до чего они довели мир, да, просто оглянись вокруг!

Паоло становится рядом с Алекс, в то время, когда молчунья Лиза обнимает ее за пояс.

Мальчишка смотрит на него с укором. .

- Неужели ты забыла весь тот абсурд, что творился в последнее время?! Они готовы были

убивать и делали это ради кружки нефти! Другие просто смотрели на все это сквозь пальцы,

только бы им открывали кредиты и кормили, сбрасывая подачки на цветных парашютах. Это

просто люди, Алекс!

Он прекрасно понимает его взгляд. Только вопрос Алекс чуть разозлил его, сложилось

впечатление что она обвиняет его в чем-то

- Почему ты так спокоен?! Это она хочет спросить. Мы уже два часа слушаем все это и она

все никак не может успокоиться.

- А вы?

Понятное дело, что и они тоже взбудоражены иначе не сидели бы на холодном ветру.

- Мы? - Паоло как будто не ожидал этого вопроса, поэтому ответил не сразу. - Мы тоже, но

не так как она.

Действительно. Почему он так спокоен?

- А я еще не понял, - ответил он и подошел к девушке.

Невзирая на ее протесты, он взял ее на руки и отнес вниз.

- Выключайте и, чтобы через минуту были внизу.

Бросил он назад. Не хватало только, чтобы сегодняшняя ночь была хуже, чем все прежние.

Хотя, последнее время так и было. Пару месяцев точно.

Существам становилось все сложнее найти пропитание. Основную массу людей они пожрали и

теперь сражались с собой, не желая сдаваться и становиться пищей. Какая ирония. Они

злились, голодали, орали так что срывали глотки, захлебываясь в крике и ощущая близкое

присутствие приспособившихся, но таких не доступных для них людей.

- Ненавижу их… ненавижу…уроды! ненавижу этих скотов! ...ненавижу, - шептала она то громче,

то тише, ругаясь, а он молчал и прижимал к себе, крепче, понимая, что это объятие слишком

сильно, болезненно, но оно было нужно ей.

Алекс едва-едва успокоилась. Он напоил ее сладким чаем, держал кружку ее ладонями и

заставлял пить, ничего не говоря при этом. Заставлял пить, потому что Алекс “провалилась”,

вновь зависла в своих мыслях, как когда-то.

“Когда умер Донни, - подумал он теперь спокойно, не так как раньше - зло, теперь уже не

испытывая неприятие к уже почившему парню. - Неужели он был только другом?”

Она теперь не шептала и не кричала, просто смотрела перед собой. Её взгляд то стеклянел,

то наполнялся слезами, то уходил куда-то вдаль. Ему хотелось знать о чем она думает, но

наверняка их мысли совпадали.

- Всё будет хорошо, - проговорил он тихо.

Ему не хотелось, чтобы она плакала. Дело не в том, что он не выносит рыдания, а в том, что

не знает, что делать в такие моменты. Точнее… Он знает. Всего-то и надо, что быть рядом.

И только.

Больше ничего. Но эта беспомощность его злит, ведь неизвестно, когда наступит это

“хорошо”.

Потом он просто лежал с ней рядом, пока она не уснула, зарывшись в подушки. Спряталась.

Джейк вздохнул, но вытащить Алекс из мягкой и удушливой норы не спешил.

Он обнял ее, прижал к себе, не обращая внимания на ее сонную попытку высвободиться. Она

наконец успокоилась, хоть и прячется в своем мягком и теплом убежище.

Алекс рассказывала, что это привычка родом из детства. Ругались родители или кричала мама,

Алекс пряталась не под кроватью, а на ней, накрывалась одеялом, нагромождала кучу подушек

сверху, прижимая их к голове и лежала в их темной духоте до тех пор пока не переставал

слышаться гул голосов.

Алекс и сейчас попыталась укрыться от мира, от воющих чудовищ, от правды, от реальности

черт бы ее побрал.

Что до него, то Джейк не считал ту половину человечества более бездушными ублюдками, чем

они были ранее. Люди и прежде были жестокими, трусливыми, рациональными...

Вампир прекрасно понимал почему все сложилось именно так, а не иначе.

Они не стали возвращаться за теми кто остался в меньшинстве. Не повторили сценарий глупых

голливудских фильмов о героических подвигах сильных, смелых, отважных и благородных.

Они поступили, как те о которых никто и никогда не снимет кино.

Может, Джейк и ошибается, однако, он еще не встречал тех, кто спустился бы с вертолета

или, выбежав из трюма военного самолета, принялся спасать выживших.

Уверен всему миру им было страшно тогда и вовсе не до них. Он видел… да много чего он

видел и все это было ожидаемо и даже предсказуемо.

Что-то должно было удивить его. Не люди и не политики.

Алекс дернулась. Ей теперь снились кошмары. Джейк только вздохнул в ответ на это. Завтра

будет тяжелый день. У нее, у него и даже у ребят.

Они видят все, но как и он не всесильны. Они взрослые в телах маленьких людей. Они, как и

он не способны сделать мир лучше.

Джейк не был ни огорчен, ни разбит, не опечален.

Сам факт выживания. Месяца три назад его удивил именно он.

Он и в самом деле подумал, что планете конец и все вернулось к эпохе каменных наконечников

и топоров. Преувеличивает он конечно, но только на данный момент. Регресс на конкретно

этом материке - не за горами.

Людей не становится больше, твари не слабеют и пока не умирают. Вирус завоевывает кладбища

и поднимает мертвых и только зверям все нипочем, но только последним от этого не легче.

Доступные запасы пищи заканчиваются, что говорить об оружии, что в неумелых руках

расходуется быстрее. Нет, он не прав. Вояки в этом плане были куда расточительнее. Бывал

он как-то на военной базе. Солдаты тренировались ежедневно, стреляя по мишеням совсем не

холостыми патронами. Америка тогда воевала со всем миром, освобождала и несла демократию,

но правильнее сказать - наносила.

И вот она благодарность. Мир забыл о них, всех тех кто предал, бездействовал, молча щелкал

пультами плазменных телевизоров и был потребителем огромной продуктовой корзины.

Они сделали правильно. Этим людям было что терять, не состоявшимся героям еще можно было

жить и жить, а не пропадать без вести, разнося заразу по всему остальному миру.

Им никто не дал сделать этого. Однако, теперь они отправляют людей в навечную ссылку,

правильно рассудив, что зверям место среди таких же.

Озлобленных. Голодных. Бесчеловечных.

Существ не проймешь мольбой и увещеваниями. Их не убедишь и не уговоришь.

Вампиры? Карен? Ее дружки? Что сделают они?

Не так. Как поступили они, встретив этих ребят в оранжевых пижамах? Вряд ли, оставили их в

живых.

Что сделает он?

На этом материке слишком много убийц на один квадратный километр и скоро их станет еще

больше.

Ему как никогда остро вспомнился вкус человеческой крови и то спокойствие которое он

испытывал сейчас.

Он приоткрыл глаза, тут же зажмурившись. Его разбудил солнечный свет, что стал

чувствительно припекать кожу на щеке. Джейк сквозь полуприкрытые веки, скосил глаза

влево, пошарил рукой там, где еще вчера лежала Алекс, но не нашел ничего кроме все той же

прорвы подушек.

Он перевернулся на живот, подминая под себя мягкий мешок, впитавший аромат женщины. Еще

теплый, не выветрился и не поблек.

Когда она встала и почему он не услышал ее ранний подъем?

Мужчина прислушался к тому что происходит в доме, замер, потихоньку улыбаясь в своих

мыслях. Лиза и Паоло что-то говорили Алекс, при этом ссорясь между собой.

Хороший знак.

- Так все!

Послышался шум отодвигаемой мебели, шелест страниц и легкие, скользящие из-за шерстяных

носков шаги.

- Нам нужно еще его уговорить на эту авантюру.

На что его уговорить? Что за авантюра?

Он притворился спящим, а Алекс тем временем прошла в комнату, помедлила немного и

забралась к нему в постель.

Шумно. С явным желанием разбудить его.

Она стянула с него одеяло, позволяя прохладному воздуху комнаты скользнуть по его плечам,

а затем уселась ему на спину, наклоняясь к нему касаясь его, целуя спину сквозь футболку,

поднимаясь все выше и выше.

- Джейк, - позвала она ему на ухо, касаясь ушей, горячим дыханием, которое пахло какао. -

Я знаю, что ты не спишь.

Притворяться и дальше? Нет. Ему хотелось видеть ее. Посмотреть в лицо. Узнать в чем дело?

Может все это ему приснилось и не было ничего?

- Я сплю, - проговорил он, вздрогнув после того, как губы девушки задержались на кончиках

ушей, сжимая их.

- Что же тебе снится?

Она отстранилась, выпрямляясь, поерзала немного, выправляя футболку и запуская под нее

руки.

- Мне снится красивая женщина, что будит меня весьма приятным способом.

- Я с ней знакома?

Она прошлась по его спине ноготками. Прикосновение было очень приятно, а потом щекочуще.

Она все больше соскальзывала ему на

- Наверняка.

Джейк не выдержал щекотки, переворачиваясь и опрокидывая ее на кровать. Алекс падает на

подушки, глядя на него снизу. Ни следа скорби и печали, только глаза со слегка опухшими

веками выдают вчерашние слезы.

- Доброе утро, девушка из сна.

Она улыбнулась, но вот только выражения ее глаз осталось печальным. Смирилась с

происходящим? Нет. Она что-то там придумала.

- Давно проснулась?

- Да, - она потянулась к его лицу, проводя по щеке, с видимым удовольствием “цепляясь” к

покрытой щетиной кожей. - Ты сегодня разоспался.

Он разместился между ее ногами, нависая над ней, склоняясь, касаясь губами груди,

соскальзывая в ямочку между ключицами, поднимаясь выше, Алекс подняла лицо, позволяя

протянуть вереницу поцелуев по шее, до подбородка, ощущая, что от нее и в самом деле

пахнет свежестью улицы, морозным воздухом. Ее губы слегка заветрены и пахнут они, хранят

на себе вкус мятных леденцов.

- Мне нравится твоя улыбка, - шепчет он между прикосновениями, прижимая ее тело к себе еще

ближе.

Она прерывисто вздохнула, кивая. Ее сердце бьется так быстро. Ему нравится, как она

реагирует на него. Как держится. Не спешит набрасываться, как бы сильно не была

возбуждена.

- Который час?

- Догадайся!

- Десять?

- Нет.

- Одиннадцать?

Она покачала головой, разглядывая его с неким интересом.

- Двенадцать?

- Тоже нет.

- Я ведь буду просто перечислять цифры, пока не назову нужную.

Алекс легко улыбнулась, покусав нижнюю губу.

- О! На это и расчет, - впрочем она не стала продолжать игру в угадывания. - Четыре часа

дня. Чем ты будешь заниматься ночью?

Сколько? Четыре часа дня? Он и в самом деле разоспался. Даже с учетом того, что он не спал

до глубокого утра. Все думал над происходящим, решал как быть. Возникла идея уйти вместе с

Алекс и детьми куда-нибудь на юг, попытаться обосноваться там. Там климат другой. Они

смогут найти подходящее жилище и даже больше завести какое-никакое хозяйство.

- Придумаю что-нибудь, - он прошелся по ее бедру рукой, заставляя уложить на нем ноги. -

Чем ты занималась пока я спал?

На миг на ее темные глаза набежала тень, но вскоре быстро исчезла.

- Всё-то ты слышишь! Выбрались на улицу, ходили на пристань и мне кажется, что нашли

подходящую яхту. У всех вампиров такой отличный слух?

Поэтому так повеселела. Он за первыми эмоциями даже не заметил ее последнего вопроса, на

чувство облегчения, что на мгновение захватило его и было подобно разжавшейся пружине, что

до этого скручивала все слова, мысли и объяснения.

Правду.

Считает, что сможет пересечь Атлантику, выдержать шторма и бури? Все-таки решила бежать?

Думает получится у нее пробиться сквозь стальные сети, патрули с авианосцами, самолетами

беспилотниками, что сбивают каждого чей путь лежит от Нового Света к Старому?

- Идея безумная.

Она ничего не отвечала ему с минуту, но выбраться не пыталась.

- Я еще ничего не рассказала.

- Тут и говорить не о чем.

Он поднялся с кровати, оставляя ее одну. Джейк ни за что не пойдет на это. Он заговорил,

объясняя ей, что не всесилен и погодой, стихией, океаном повелевать не сможет.

Он не умеет управлять яхтой и что хуже не выдержит столько времени в море.

Кровь рыб и млекопитающих с океана...

Она вообще не задерживается в нем надолго. Он или отрастит жабры, или поубивает их всех.

Если, конечно, до них не доберутся люди.

- Чем тебе так плохо здесь?

- Я не знаю…

Протянула она, медленно, разглядывая его с любопытством, наконец, переворачиваясь на бок.

- Не знаешь?

Она просто не договорила.

- ...что меня пугает в твоих словах больше. То, что тебя все устраивает или твоя

осведомленность. Ты слышал радио сводку впервые, но не впервые слышал о спасшихся людях,

да?