Один континент

Глава 3

Джейк наблюдал за ней, не отрывал взгляда, пока закреплял лебедку. Его откровенно говоря

мало интересовало то, что творится на улице. Он все это видел и не раз.

Ему нравилось то, что он видит перед собой: стройные ноги время от времени переминаются на

месте так естественно, сексуально; подтянутый зад, с аппетитными ягодицами облаченными в

яркие, лимонно-желтые трусики, которые будет так приятно стянуть на симпатичные коленки.

Гормоны и долгое воздержание напомнили о себе так некстати. Он качнул головой, отгоняя

наваждение.

Девушка в это время подалась вперед, тряхнула темной гривой волос, отбросив их назад.

Джейк сделал шаг к ней навстречу, в секундном порыве желая прикоснуться к ним, пропустить

между пальцев и остановился. Пока она в таком виде, пока ее волосы распущены, пока девушка

молчит, можно забыть о том, что это Алекс.

Эта мысль отрезвила.

Это все будет странно. После сегодняшних стычек, после всех его нападок, после ее

откровенного хамства его жест будет, как минимум странным. Испугается. Нормальная бы

сделала именно так.

Сейчас, они в кои-то веки пообщались нормально, но тем не менее Джейк еще помнит по какой

причине он задержал дыхание и не позволяет своим легким наполнится прохладным ночным

воздухом.

Он не может сказать что все и всегда происходит только по ее вине, но напившись крови

существ, Джейк просто-напросто не может контролировать себя.

У этой же женщины начисто отсутствует инстинкт самосохранения.

Билл и Анна, супруги и те предпочитают убраться от него подальше и не лезть к нему с

вопросами, не говоря уже о том, чтобы поправлять и делать замечания. Эта же!..

Он удержался от того, чтобы не сделать глубокий вдох, который кажется мог бы передать, как

с ней невыносимо тяжело.

Раньше он надеялся на то, что запах пропадет, потом понял что это амбре - часть женщины и

не исчезнет никуда.

Всего-то и надо, что подождать пару часов и он отойдет потом. Когда он поспит и придет в

себя, тогда и можно начинать общаться.

Но Алекс умудряется вывести его, попасться на глаза в самый острый и неподходящий момент -

когда он голоден и когда он сыт, но вовсе не тем, чем надо.

Джейк в отличие от девушки хорошо видит в темноте. Он заметил ее смущение, как она замерла

и как покраснели ее щеки, как лихорадочно ее рука прошлась по бедру и в следующее

мгновение попыталась натянуть ткань футболки на заголившиеся бедра.

Тщетно, ткани слишком мало. Да, и он уже все рассмотрел и оценил, пока стоял позади нее и

посматривал на то, что творится за окном.

Алекс неспешно выпрямилась, так же спокойно убрала волосы от лица, оправляя футболку,

продолжая тянуть ее вниз. Он не смог не проследить за ней взглядом, как ее пальцы

скользнули по коже бедра.

“Черт! Я увлекаюсь ей. Ею! невероятно!!!”

Сам от себя того не ожидая, Джейк улыбнулся, даже кашлянул, чтобы сбить невесть откуда

взявшееся веселье. В его увлеченность девушкой было трудно поверить, но тем не менее - это

было именно так.

Алекс выпустила ткань, резко обернувшись к нему и сердито взглянув на него при этом.

Именно в этот момент девушка развернулась и все-таки побежала, под его все более и более

усиливающийся смех.

Джейк, отсмеявшись,все же подошел к окну, заглядывая вниз. Существа, услышав его смех,

даже сквозь свои непрекращающиеся крики, рванули к дому. Загремели мусором, загромыхали

перевернутыми машинами, раздался звон битого стекла. Кажется, что дом заходил ходуном под

их натиском.

Но это не так, всему виной его острый слух. Он слышит, как они вышвыривают и громят

мебель, пытаются выбить двери, расправляются со всеми преградами на своем пути. Где-то

внизу раздается пронзительный крик, выдающий ярость и разочарование.

Скорее всего, они нарвались на решетки, ведущие на лестницу, на площадке прямо возле

лифта. Там, где должны были быть двери теперь слепые проходы заложенные кирпичом, залитые

цементом с вбитыми в стену решетками.

Раздался скрежет размыкаемых металлических створок, затем звук падающих в шахту лифта тел.

Джейк вздохнул. Его несдержанность, его эмоция вызвала их любопытство. Пока не наступит

утро они будут рыскать там, а с первыми лучами солнца умчатся в более темные места,

подвалы, канализации, метро. Кто-то останется в коридорах и Джейку придется вытаскивать их

оттуда, чтобы привести все в порядок, вновь забаррикадировать все остатками мебели,

заколотить окна и двери.

Так спокойнее.

И все же, надо бы придумать что делать с лифтом. Пока он висит на тринадцатом этаже, с

сомкнутыми створками и отключенным питанием, он не упадет, даже если тросы изъест

ржавчина. Он остановился и так до тех пор пока вновь не появится электричество.

Джейк видел, как легко некоторые существа скачут по стенам. Гравитацию они преодолеть не в

силах, но в пустой шахте есть за что уцепиться. Даже он будет бессилен, если эти твари

нападут толпой. Он сможет уйти, но вот спасти других у него вряд ли получится.

“Надо попробовать заварить двери.”

Неплохая мысль. Надо поискать сварочный аппарат, посмотреть на стройках или универмагах,

придумать, как завести его. Попробовать найти дизельный трансформатор, приволочь канистры

с топливом.

Если с топливом все понятно, то за все остальным надо идти на материк. Как оставить этих

трех без присмотра?

Ему в свое время нужно было больше увлекаться физикой, а не тратить время на никому

ненужные теперь гуманитарные науки.

“Ты должен уметь работать руками! Все Райты умели делать это! Все, до одного! Это твой

дом! Твоя земля! Ты фермер до мозга костей!”

Отец в его воспоминаниях, как наяву потряс перед его глазами рукой, с зажатой в кулак

влажной землей, что расползалась по его крупным мозолистым пальцам тонкими черными змеями.

Джейк и сейчас помнил этот запах. Он и сейчас мог сказать, что фермером он был только по

словам отца.

“Но этого теперь не достаточно, - отец опустил руку, тряхнув ею. - Нам нужен тот кто будет

способен вести дела по-умному, по-новому.”

Он не ходил из стороны в сторону, отец волновался совершенно по-другому: раскачивался на

месте, словно никак не мог решить куда ему двинуться дальше.

“Иначе, мы не выживем. Мы уже сейчас продаем все за гроши. Недостаточно просто считать и

писать, нужно научиться думать как!..”

Отец презрительно сплюнул и отвернулся. Ему это было не по душе. Он всегда с презрением

отзывался об этих дельцах, воротилах, что не могли вырастить и каравая хлеба, но зато

учились, как обманывать, с каждым годом все лучше и лучше, наживаясь на честном труде

простых работяг.

“Так что учись и возвращайся обратно. Мы будем ждать тебя.”

Отец отчего-то был уверен, что учеба не займет у него много времени, что через месяц,

самое большое три Джейк вернется и они заживут по-новому. Это был тот срок, за который,

как считал Томас Райт можно было в полной мере освоить любую науку.

Хотя, он сам никогда не был таким, всегда с трудом осваивал новое, долго шел к какому-то

решению. Вот и Джейк отправился учиться в возрасте двадцати трех лет, тогда как другие

заводили семьи, рожали детей, растили урожай.

Томас Райт был убежден, что обман дело плевое, но сам так и не научился этой

незамысловатой премудрости. Он всегда говорил слишком резко, прямо, от того и не нажил

друзей среди перекупщиков.

“Ты должен вернуться!”

Прав был отец: физический труд будет востребован всегда. Кому теперь нужны

высококвалифицированные специалисты гуманитарных наук со стопками дипломов на полках? Нет

преподавателей с учеными степенями, нет университетов передающих знания. Есть только

пыльные папки, что сейчас подойдут разве что для растопки.

Хотя и это вряд ли, дыма от них будет больше, чем огня.

Теперь в цене те кто в состоянии делать что-то. Быстрые, ловкие, умные, способные

принимать быстрые решения, что не морщат лоб над очередным философским вопросом, а берут и

делают, а уж потом решают хорошо это или плохо.

От них зависит выживут ли люди.

Джейк закрыл решетку и повесил на нее навесной замок, закрывая и вынимая ключи, пряча их в

карман брюк.

Он поднимался наверх, не спеша, дал ей время прийти в себя, хотя, наверное, не стоило

делать этого. Когда еще подвернется такой случай понаблюдать за вредной девушкой в таком

состоянии? Не скоро, может быть уже никогда.

Если говорить о секундном замешательстве, о внезапно возникшем влечении. Ему просто нужна

женщина. Любая другая женщина, только не она. Та, которую он захочет целовать, чей запах

будет так приятно вдохнуть, а не бороться с отвращением.

Он и сейчас не дышал и помнил по какой причине: она только что сбежала от него вверх по

лестнице, шлепая босыми ногами по бетонным ступеням.

Он сделал короткий, поверхностный вдох, стараясь не вдумываться, не обращать на это

внимание.

В квартире было темно и тихо. Непривычно.

Обычно в это время в гостиной или на кухне горел свет, Анна и Билл говорили вполголоса,

Билл читал вслух одну из принесенных Алекс книг, иногда возмущаясь сюжетному повороту или

финту выкинутому героем. Анна смеялась, пыталась вразумить мужа, объяснить ему причины

того или иного поступка, идею, что хотел донести читателей автор. Что они читали последний

раз? “Дон Кихот” или стихи Батлера Йетса?

Сейчас было тихо.

Недолго. На кухне вдруг загорелся слабый, мерцающий свет, раздались тихие шаги и застучали

дверцы шкафчиков. Джейк чуть помедлил, разуваясь, выставляя и ее, и свою обувь на полку,

по-привычному задержал дыхание и отправился в сердце дома.

На небольшой газовой конфорке, подпитывающейся от небольшой газового баллончика, какими

обычно заправляют зажигалки, стоял небольшой чайник, из его узкого и еще блестящего носика

вырывалась слабая струйка пара. На столе было не густо: крекеры, батончики с мюсли,

несколько диетических конфет и пакетики с кофе. Шахматная доска без одной фигуры, без

белой ладьи, была отодвинута в сторону.

- Мы сегодня не едим?

Алекс сидящая за столом, с уже зажатой в руках книгой подняла на него глаза и вновь

опустила их на пожелтевшие страницы. Она уже переоделась: мешковатый свитер и свободные

брюки скрыли особенности ее фигуры. Девушка сделала все, чтобы ничто не напоминало ему о

том какой он видел ее несколько минут назад.

“И это странно. Обычно, женщины стараются понравиться, но видимо я не в ее вкусе. Не

атлет, такие ей вроде нравятся.”

Джейк качнул головой: стоило увидеть ее голые ноги, как в голову полезла всякая чепуха. Он

думает о том, как понравиться женщине. Приплыли!

- Только пьем?

Алекс попыталась сконцентрироваться на сюжете. Жалкая попытка. Она знает, что сейчас

будет. Он будет задавать ей вопросы до тех пор пока Алекс не ответит ему, не обратит на

него внимание.

- Только пьем?

“Вот только рот закрывать, когда надо я так и не научилась! Полгода себе твержу не

обращать на него внимания; ни на его тон, ни на выражение лица и уж тем более на смысл его

слов, все без толку!”

- Это какая-то новая диета?

Алекс отложила книгу в сторону. Что она говорила? Шел бы он спать или чем еще он привык

заниматься в своей комнате?

- Это у тебя надо спросить.

Джейк присел за стол, прямо напротив нее. Он продолжал рассматривать ее: она переоделась и

постаралась убрать из своего облика все лишнее, женственное, привлекающее внимание. Джейк

никогда прежде не видел ее с распущенными волосами, разве только в первый день, так что

быстро забыл об этом. Выгоревшие на солнце волосы отросли, светлые концы пропали, оставив

на их месте темную каштановую массу.

- Ну, а я спрашиваю у тебя.

Алекс загнула уголок нужной ей страницы, откладывая книгу на стол. Джейк проследил за эти

действием, дернув уголком губ. Он не любил, когда так делают. Всегда ругал за это

студентов, если замечал, что в их учебниках творится нечто подобное.

- Признай уже, что я тебя опередил и прекрати упорствовать.

Девушка вздохнула, поглядев на мужчину напротив. Все так, как она и думала. Это его манера

вести себя, стремиться всегда и во всем быть правым очень раздражает. Парень без тени

страха и упрека. Красавец и молодец. добытчик и защитник. Просто идеал. Если бы не одно

“но”, если бы он не смотрел на нее с этим вечно брезгливым выражением лица.

- Твоя взяла, признаю, - она поднялась, заметив что чайник закипел и пора снимать его с

плиты, - Но сегодня ты дежуришь по кухне.

Она остановилась возле стола, наливая воду в кружку. Джейк забрал ее себе, подбирая

пакетик со стола, встряхивая, открывая его и высыпая в кружку его содержимое.

- Я не голодна, а что будешь есть ты...

Алекс только вздохнула в ответ на его жест: ведь думала о том, чтобы поставить кружку и

для него, но решила этого не делать. Она не должна ухаживать за ним, не потому что

существует вопрос “должна или нет?”, а потому что он сделает вид, что не заметил и уж

конечно он не оценит, словом ничего не изменится.

- Это решать только тебе.

Джейк помешивал кофе ложкой, наблюдая за ней. Он забыл о дежурстве - это правда. Есть ему

пока не хотелось. Он начал разговор, чтобы только начать его. Он сомневался, что Анна и

Билл вернутся следующим утром. Шанс конечно есть, но слишком уж ничтожный. Ему нужно

постараться наладить с ней контакт, чтобы потом...

- Хочу предложить тебе сделку.

Алекс уже распотрошила батончик с мюсли и почти надкусила его, но отвела сладость в

сторону. Если бы она откусила и прожевала эту гадость, то наверное бы поверила в то, что

отравилась и у нее начались слуховые галлюцинации. Разве могу быть галлюцинации при

отравлении? Нет, но тогда бы она решила, что в составе есть марихуана или еще что-то в

этом духе. Что он предлагает ей?

- Ты не ослышалась, - он понял в чем причина ее сомнений. - У меня есть для тебя

предложение.

Алекс все-таки отпила безумно сладкий кофе, удержавшись от того чтобы не поморщиться. Она

бы все отдала за простое яблоко, нет, за салат из помидоров и огурцов, с луком, за свежий

хлеб или за хорошо прожаренный кусок мяса без соуса, просто с солью и перцем.

Сладостей на полках предостаточно, они дают энергию, силы, недолгое насыщение, но как же

они осточертели! Вкупе со сладкими соусами и консервированными овощами, вместе с

ограниченным количеством пригодной для питья воды.

- Это будет интересно.

Джейк помедлил. Ему уже не нравилась собственная идея, но отступать было поздно.

- Ты берешь сегодняшнее дежурство на себя, а я…

Девушка поджала губы, тут же расслабив их.

- А ты разрешаешь мне притронуться к пиршеству?

Джейк чертыхнулся про себя. Надо было раньше подумать о том, что все представится ей в

таком виде. Хорошо, пусть так, сути дела это не меняет. Ему бы раньше додуматься до этого,

когда рядом была Анна. Надо было подбросить эту мысль ей, она бы нашла слова, скорее всего

согласилась с ним и донесла их до Алекс, более мягко, в присущей ей манере.

- До или после того, как поешь ты, мастер?

Она слегка поклонилась ему.

- Не обостряй.

Алекс покачала головой. Она бы никогда не додумалась до такого. Она бы просто поделилась с

ним едой без всяких условий, как делала это раньше, не сортируя содержимое полок на свое и

чужое. Но правда в том, что после таких разговоров, нотаций, как сегодня - что-то чужое ей

есть уже не хотелось. Кусок в горло не лез.

- Я не обостряю, я спрашиваю.

Она поднялась из-за стола, оставив сладость с химическим вкусом яблока на его поверхности.

Убрав в карман зажигалку, она подхватила со стола кофе и книгу. Джейк не без раздражения

проследил за ее движениями, удерживая себя на месте, только бы не подняться и не

перегородить ей дорогу.

- Я предлагаю тебе поесть, взамен на небольшую услугу.

- Нет.

Алекс остановилась возле него на мгновение, приняв решение тут же. Она не будет думать.

Сколько раз он мог предложить ей подобное? Не счесть. Сколько раз она делала то, что он

просит, но просто так? Великое множество. И он знает это.

- Можно узнать в чем причина твоего отказа?

Он не отставал, шел за ней следом, чем порядком раздражал. Что на него нашло сегодня?

Откуда эта внезапная попытка сблизиться? Алекс беззвучно чертыхнулась, отвернувшись на

мгновение. Не внезапная, а вполне себе предсказуемая.

В прошлом, она работала волонтером в Кении. Дикие условия, первобытные племена, весьма

условные и почти не охраняемые границы, военные, соседние племена с вечным выяснением

отношений, вооруженные бандиты - все это научило ее быть осторожной. Та жизнь научила ее

как не привлекать к себе внимание агрессивно настроенных мужчин.

- Ты и сам неплохо готовишь.

Она лукавила.

Джейк готовил не просто “неплохо” - отлично, даже великолепно. Простые макароны с дешевым

сырным соусом из пластиковой бутылки выходят у него настолько вкусными, словно над ним

только что поколдовал Гордон Рамзи. Как это у него получается? Одному Богу известно.

- Не надо делать вид, что тебе вдруг резко понадобилась моя помощь, - проговорила она

негромко..

Джейк не отставал.

- Так трудно поверить в то, что сегодня мне лень заниматься готовкой?

У него должно получиться. У него не выходит ее обаять, но договориться с ней по-хорошему,

это должно выйти. Один раз он может наступить на горло собственной песне, даже если и сам

толком не знает зачем же ему все-таки это понадобилось.

- Я верю, что тебе лень, - Алекс скопировала его брезгливое выражение лица, не уверенная

что он увидит это, - но я не верю в то, что ты просишь меня об этом.

Джейк увидел все, сперва не сообразив, чему именно посвящается ее гримаса. Вновь

выругался, но в этот раз вслух.

- Скажи: почему всегда так? - он дернул подбородком, - Почему обязательно нужно доводить

до такого?

- Такого? - переспросила она не веря в то, что он так туп.

Да, именно это его и бесит. Каждый раз!

- Почему бы не взять и просто не согласиться?

- Почему бы просто не извиниться? О, нет! Тебе и в голову не приходило, что такое

отношение, поведение…

Алекс покачала головой, приподнимая брови, пораженно улыбаясь при этом. Она чувствовала

что говорит с ним на китайском языке. Не верится что ей приходится объяснять ему такие

очевидные вещи.

- Я сказала нет и соглашаться с тобой не собираюсь.

Алекс отвернулась и пошла в гостиную. Она хочет покурить, Анны нет, поэтому сегодня можно.

Она еще качала головой, явно обескураженная.

- Почему? - она поджала губы. - Действительно, почему?

Ответила ему Алекс, повернувшись и даже придвинулась к нему. Мужчина отступил, ничего не

ответил на это и только с интересом посмотрел ей в лицо.

- Забей!

Алекс отступила, он напрягает ее сегодня и все так странно, не так как обычно. Они

говорят, а не игнорируют друг друга. Все не так как вчера.

“Что на тебя нашло сегодня?” - это хочется спросить у него, потрясти и привести в чувство.

Она открыла створки окна. Шум на улице сначала заставил отшатнуться, а затем все-таки

выглянуть наружу, преодолев сиюсекундно напавшее на нее чувство страха. Шум на улице стоял

просто невероятный. Существа, насколько она может судить, теперь кружили вокруг дома и

даже больше - врывались вовнутрь. Позади раздался прерывистый вздох.

- Так и не успокоились.

Ничего не отвечать. Не так просто. он решил, что Анна и Билл не вернутся и поэтому пошел

на сближение. Они вернутся, обязательно, а если нет, то он не собачка которую стоит только

поманить.

Алекс отвернулась от окна и, усевшись на подоконник, достала из кармана пачку сигарет.

Джейк стоявший неподалеку, там где она его оставила, подошел ближе.

- Тебя ведь просили не курить дома.

Алекс только вздохнула в ответ на это, спрыгивая обратно на пол, подбирая сигареты. Словно

ждал, когда она усядется.

Зануда и сволочь!

Он ей об этом никогда и ничего не говорил, это Анна ее просила спускаться курить на этаж

ниже и обязательно на противоположную сторону потому что “тянет” дымом в их сторону и ни в

коем случае не смолить на лестничной клетке.

Но сейчас-то ее нет! Он ведь и сам курит.

- Хочу знать почему ты упорствуешь.

Джейк встал на ее пути, упираясь рукой в стену, прямо на уровне ее лица. Получилось очень

быстро и неожиданно, девушка отшатнулась от него, а потом с выражением тревоги взглянула

на него. Джейк поймал себя на мысли, что очень хочет распутать этот гладко причесанный

узел на ее затылке. Еще раз увидеть ее другой.

- А ты бы сам как поступил? Тебе ведь нравятся подачки и когда я разговариваю с тобой, как

с ничтожеством?

- Хочешь сказать..

Она заметила это, не так он хорош, как ему кажется Не может скрыть простую эмоцию,

прикинуться, что нет ему дело ни до чего!

- Хочу сказать что вижу все твои гримасы и не понимаю с чего это вдруг весь этот, - она

помедлила, подбирая слово, заменяя другое “цирк”, - альтруизм.

Алекс убрала его руку от стены, освобождая себе путь, и пошла прочь из комнаты. Глаза уже

привыкли к темноте, но чтобы почитать ей все равно придется зажечь свечи. Заодно воздух в

комнате немного нагреется, станет чуть теплее.

- Ты решил меня пожалеть?

Она продолжала идти, останавливаясь, просовывая ноги в тапки.

- Не надо, мне нужны плохо загримированные подачки.

- Еще раз спрошу тебя: как долго ты протянешь на этом козьем корме?

Алекс закрыла дверь прямо перед его носом, так ничего и не ответив. Пошел он в пень!

Сначала он обращается с ней, как с дерь… с ничтожеством, а теперь решает проявить

великодушие. Нет, не так просто. Она не побежит к нему, стоит ему только показать ей

баночку с паштетом. Козел!

Алекс щелкнула зажигалкой, продолжая спускаться вниз по ступенькам, в квартиру, в которой

жила перед тем как переехать на верхний этаж. Она не пойдет на ту сторону, тот вид ей

порядком надоел. Она все там знает, она рассмотрела те темные пейзажи.

Ей хочется выпить мерзкого кофе три в одном, почитать книгу, не думая об ужасах на улице и

только потом лечь спать.

Завтра много дел.

Еей нужно встать пораньше, чтобы прочертить маршрут до библиотеки, до оружейного

магазина, ей хочется успеть на побережье и обязательно помыться. Ей надо найти еду, иначе,

она и в самом деле не долго протянет на этой траве. Не станет она с ним соглашаться вслух,

сделать это про себя вполне позволительно.

Ей надо найти еду, чтобы выжить и, чтобы этот мужчина отвязался от нее наконец, оставил

уже в покое.

На острове еще много всего, много еды, но все те продукты, что лежали в безопасных

освещенных солнцем местах давно уже выгребли. Остались лишь сладости, которыми Алекс не

наедалась никогда и от которых просто безумно хотелось пить.

Пригодной для питья воды было еще меньше. Удобств вообще никаких!

Стоит удвоить усилия, обшаривая те магазины, что уже просмотрены и не раз или же, рискнуть

и попробовать нагрянуть в супермаркет? Может попытаться взобраться в какую-нибудь

квартиру? Как? Как?!

Она открыла окно, наваливаясь на подоконник грудью. Холодный ветер осени заставил ее

поежиться, покрыться руки и плечи мурашками. Она затянулась дымом, протягивая руку наружу,

стряхивая пепел, что тут же подхватил ветер и унес куда-то в сторону. Огонек сигареты

полыхнул ярко-алым.

Алекс выкурила сигарету, затягиваясь тут же вытянутой второй. Так есть хотелось меньше,

беспокоиться за здоровье, за возможный рак легких или…

О каких еще ужасах вещала социальная реклама?

Заботиться о таких мелочах, как здоровье? Когда тобой могут поужинать уже завтра? Нет,

только не в нынешнем мире, только не в это время.

Ее внимание привлекло странное явление: где-то вдалеке, в районе нижнего Манхэттена,

загорелся огонек. Он был необычным, мерцающим. Как будто кто-то водил свечой или светил

фонарем. Крики внизу разом смолкли, даже в кромешной тьме было видно, как чудовища, словно

единый организм, темной массой метнулся в одном направлении, прямиком туда, где водили

источником света.

“Он тоже видит это? Тоже?”

Алекс помотала головой, замахиваясь для того, чтобы выбросить сигарету. В этот момент, ее

оглушил звук, щелкнувшей рядом зажигалки.

Не сказать, что она испугалась. Алекс не ожидала, будучи уверенной в том, что она в

помещении одна. Она подпрыгнула на месте, тут же оборачиваясь к источнику звука. Это был

Джейк.

- Зачем надо было выгонять меня из квартиры, если ты и сам собирался покурить?!

- Не хотел, чтобы пахло дымом, - просто ответил он, подвинув ее в сторону, тем самым

оттеснив от окна.

- Как думаешь, что это?

Алекс перестала вжиматься в холодную стену, она сердилась. Он нарочно делает это. Она не

должна показывать ему, что боится его. Она вообще не должна показывать что боится, либо не

связываться с ним вообще.

“Белая! Не смотри в глаза хищнику, если боишься его! Не смотри на него вообще!”

Чернокожий масаи смеялся, указывая на нее своим длинным копьем. Белые зубы выделялись на

его лице, блестели белой полоской в темноте ночи.

Она рассматривала его в тот день.

Он показался ей необычным, что-то было намешано в его крови, что-то, что отличало его от

соплеменников. Кажется, что над его созданием постарался кто-то кто жил поближе к

цивилизованному миру.

“Что же мне делать?”

Слова складывались неловко, она чувствовала себя каркающей вороной, выкручивая язык, чтобы

произнести что-то понятное для него. Она могла поклясться, что тот говорит на английском,

но ей хотелось попрактиковаться на этом варварском языке, первобытном и таким близким к

тому какой была Земля еще в начале времен.

“Беги, белая! Беги”

Алекс не собиралась убегать. Вокруг была ночь, бежать было просто некуда.

Она была в лагере, по идее дома, это масаи присоединились к ним, чем вызвали ее

любопытство. К ним так просто не подойдешь, только, если зажмешь в кулаке несколько

долларов. Она потратила почти все деньги, фотографируя их.

В ее бумажнике осталось совсем немного: сотня долларов, что она берегла, чтобы добраться

до аэропорта. Она намели, но пообщаться с племенем, не торгуясь при этом, все еще очень

хотелось.

“А если я не боюсь?”

Мужчина рассмеялся, поворачиваясь к своим товарищам, другим мужчинам сидящим у костра,

говоря им что-то на своем языке. Те засмеялись, стали наперебой говорить что-то. Несколько

раз промелькнула фраза “возьми с нее денег!”, но на ее счастье, ничего такого он говорить

ей не стал.

Мужчина-воин слушал их, продолжал улыбаться, но Алекс видела что он продолжает

посматривать на нее, не выпуская при этом из виду. Наконец, мужчина бросил им что-то

отмахиваясь, поворачиваясь к ней свое лицо, вымазанное красной глиной.

Он помолчал немного.

Алекс вновь обратила внимание на то какой он другой, у него даже взгляд был осмысленнее

всех остальных.

“Тогда смотри ему прямо в глаза. Покажи что в тебе нет страха! Прогони его!”

Алекс кивнула и больше не отводила взгляд. Масаи снова засмеялся, вновь бросив своим

товарищам что-то.

“Белая, ты пялишься на меня!”

Алекс кивнула, но не улыбнулась. Жизнь в диких условиях многому научила ее. Эти люди все

воспринимают иначе. Она и та же эмоция может вызвать у них, как веселье, так и ничем не

мотивированную жестокость, ярость. Все зависит от того, что взбредет им в их украшенные

бусами и глиной темные головы.

- Не знаю. Может кто-то оставил лампочку включенной, а сам погиб? - проговорил медленно

Джей, лениво, откликнувшись на ее вопрос.

- И она горит вот так весь день?

Алекс покрутила сигарету в руках.

Три сигареты подряд? Ей станет плохо, даже у ее выдержки, легких, есть предел. Она

пощелкала зажигалкой и все же отошла от Джейка, встав там где свободно и все же подальше

от него.

Это наваждение. Это затмение, магнитная буря, парад планет или на что принято грешить в

таких случаях? Чем дольше она стояла, тем больше ей хотелось вернуться в тот угол что он

загнал ее.

“Он только, буквально пару минут назад бесил меня своей приставучестью!”

Ей хотелось дотронуться до него, проверить такой ли он горячий, как то тепло что исходило

от него в том уголке, когда он дотронулся до нее в хамском телодвижении.

“Это гормоны! Я ведь давно одна.” - она попыталась оправдать свое внезапно возникшее

желание.

- Пойду, - Алекс кашлянула, прогоняя осевший голос, появившуюся в нем хрипотцу, -

прогуляюсь немного.

Он ничего не ответил ей на это, остался у окна, тогда как она поспешила выйти из квартиры.