Перекрёсток миров

Глава 25. Подозрения и откровения

Сырость заброшенного склада пропитывала всё вокруг, оставляя на языке привкус ржавчины и времени. Макс и Ария сидели спиной к спине, прикованные к массивным металлическим стульям, вмонтированным в бетонный пол. На этот раз Леонард Пятнистый не стал рисковать — никаких верёвок, только холодный, непоколебимый металл наручников.

После короткой, но угрожающей речи Пятнистый оставил их одних в большом пустом помещении, пообещав вернуться "с особым гостем, которому будет интересно их увидеть". Кто бы ни был этот гость, ясно одно — его визит не сулил ничего хорошего.

Прошло, вероятно, около часа, прежде чем Макс нарушил молчание:

— Занятно, они даже не потрудились нас обыскать на этот раз.

— Видимо, уверены, что мы безоружны, — отозвалась Ария. — И они правы. Мой пистолет остался во дворе.

Макс молчал несколько секунд, а затем произнёс с нехарактерной для него холодностью:

— Да, твой пистолет… Забавная штука.

Что-то в его тоне заставило Арию напрячься.

— Что ты имеешь в виду?

— Просто размышляю вслух, — медленно ответил Макс. — Уже второй раз мы оказываемся в ситуации, когда в нашу квартиру вламываются преступники. И второй раз ты, офицер полиции с табельным оружием, почему-то не используешь его по назначению.

Ария резко обернулась, насколько позволяли наручники, пытаясь увидеть выражение его лица.

— О чём ты говоришь?

— В первый раз я решил, что тебя застали врасплох, — продолжил Макс тем же отстранённым тоном. — Но сегодня? У тебя был пистолет. Ты слышала, как они взламывают дверь. У тебя было время подготовиться. И что ты сделала? Выпустила несколько выстрелов в воздух для отвода глаз и побежала.

— Я стреляла, чтобы задержать их! — возмутилась Ария. — Что ты пытаешься сказать?

Макс повернул голову, пытаясь встретиться с ней взглядом:

— Я пытаюсь понять, почему профессиональный полицейский дважды избегает прямой конфронтации с преступниками, даже когда имеет преимущество? Это… наводит на определённые мысли.

— Какие ещё мысли? — в голосе Арии прозвучали одновременно шок и гнев.

Макс сделал глубокий вдох:

— Возможно, ты не хотела стрелять в них, потому что… они твои сообщники?

Повисла оглушительная тишина. Макс почувствовал, как тело Арии напряглось, стало неподвижным, словно изваяние.

— Ты… — её голос был опасно тихим, — ты действительно считаешь, что я могла быть в сговоре с Пятнистым? Серьёзно, Макс?

— Я рассматриваю все возможности, — ответил он, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри всё переворачивалось от собственных слов. — Факты таковы: в полиции есть информатор. Ты имела доступ ко всей информации обо мне. И дважды, имея оружие, ты избегала его применения против тех, кто на нас напал.

— Я не могла стрелять на поражение! — наконец взорвалась Ария. — В первый раз меня действительно застали врасплох, а Шрам и его громилы были в бронежилетах. Сегодня у меня был выбор: пытаться убить их и, вероятно, умереть в перестрелке, или выжить и искать другой способ спастись!

— Но даже не ранить? — настаивал Макс. — Не попытаться обезвредить хотя бы одного?

— Ты говоришь как человек, никогда не державший оружия в руках! — её хвост бился о спинку стула от ярости. — Это не кино, Макс! Я не могу просто "ранить" кого-то в ногу с одного выстрела в стрессовой ситуации. Это либо смертельный выстрел, либо никакого. А я не убиваю без крайней необходимости!

Макс молчал, обдумывая её слова. Она продолжила, уже чуть спокойнее, но всё ещё с дрожью в голосе:

— И если уж говорить о подозрениях… Почему ты так спокойно реагировал на похищение? "Это входит в привычку"? "Может, пришлёте приглашение"? Кто так разговаривает с похитителями?

— Это был сарказм, — возразил Макс.

Ария глубоко вздохнула, словно собираясь с силами:

— Хорошо, давай проясним. Если бы я была в сговоре с Пятнистым, зачем бы мне понадобилось дважды проходить через похищение? Зачем рисковать жизнью, спасая тебя от пираний? Зачем делать ремонт в квартире, где мы всё равно не планировали жить долго?

— Это… логично, — признал Макс после паузы.

— Более того, — продолжила Ария, — если бы я хотела тебя подставить, то сделала бы это гораздо проще и безопаснее для себя. Мне не нужно было бы проходить через всё это… унижение и опасность.

Макс закрыл глаза, чувствуя, как внутри растёт стыд за свои подозрения.

— Ты права. Прости меня. Я… не должен был говорить такого.

— Нет, не должен был, — согласилась она, но её голос уже смягчился. — Но я понимаю твои сомнения. На твоём месте я бы тоже задавалась вопросами.

— Всё равно это было несправедливо с моей стороны, — сказал Макс. — Ты не заслуживаешь таких обвинений.

Ария помолчала, а потом тихо сказала:

— Знаешь, что самое обидное? То, что ты подумал, будто я могла предать не только свой значок, но и… тебя. Лично тебя, Макс.

В её голосе прозвучала такая искренняя боль, что Макс почувствовал, как что-то сжимается у него в груди.

— Ария, я…

— Нет, дай мне договорить, — перебила она его. — Я рисковала своей карьерой, помогая тебе с самого начала. Я впустила тебя в свою жизнь, в свой дом. Я доверила тебе вещи, о которых не рассказывала никому. И после всего этого ты думаешь, что я могла всё время играть какую-то роль?

— Я был неправ, — сказал Макс, и в его голосе звучало искреннее раскаяние. — Абсолютно неправ. Ты лучшее, что случилось со мной в этом мире, и я чуть не разрушил это своими глупыми подозрениями.

Они снова замолчали, но теперь тишина была другой — более мягкой, заполненной невысказанными эмоциями.

— Интересно, это была цель Пятнистого? — задумчиво произнесла Ария через некоторое время. — Посеять между нами недоверие, оставив нас наедине с нашими страхами и сомнениями? Разделить нас, чтобы мы были слабее?

— Если так, то мы почти позволили ему выиграть, — пробормотал Макс.

— Но не позволим, — твёрдо сказала Ария. — Я доверяю тебе, Макс. Несмотря ни на что. И если мы хотим выбраться отсюда, нам нужно доверять друг другу полностью.

Макс попытался повернуться, насколько позволяли наручники, чтобы увидеть её лицо:

— Я тоже доверяю тебе, Ария. И обещаю больше никогда не сомневаться в тебе.

Она слабо улыбнулась:

— Не давай обещаний, которые не сможешь сдержать, Соколов. Сомнения — часть человеческой природы. Просто… в следующий раз поговори со мной о них, прежде чем они превратятся в обвинения.

— Договорились, — кивнул он. — И я действительно сожалею.

— Я знаю, — мягко ответила она. — А теперь, может, вместо того, чтобы ссориться, мы придумаем, как выбраться из этой передряги?

Макс огляделся по сторонам, оценивая их положение:

— Хм, наручники прикреплены к стульям, стулья прикреплены к полу. Не похоже, что мы можем двигаться.

— Значит, нам придётся действовать иначе, — сказала Ария. — Возможно, дождаться момента, когда они вернутся. Если нас будут перемещать, появится шанс.

— Или, — Макс понизил голос до шепота, — мы могли бы использовать то, что они не обыскали нас.

Ария нахмурилась:

— О чём ты? У нас ничего нет.

— Это не совсем так, — медленно произнёс Макс. — Помнишь тот маленький брелок в виде рыбки, который ты купила на ночном рынке?

— Да, но его забрали вместе со всем остальным, — недоумённо ответила Ария.

— Нет, не забрали, — Макс слегка повернул запястье в наручнике, демонстрируя маленький блестящий предмет, зажатый между большим и указательным пальцами. — Я взял его из твоего кармана, когда мы спускались по пожарной лестнице. Подумал, что тебе будет приятно сохранить сувенир с нашей прогулки.

Ария уставилась на маленькую металлическую рыбку:

— Это мило, но как нам поможет сувенирный брелок?

Макс улыбнулся:

— Посмотри внимательнее. Видишь, какая у рыбки тонкая, жесткая хвостовая часть?

Глаза Арии расширились от понимания:

— Ты хочешь использовать его как отмычку для наручников?

— В моем мире есть поговорка: "Голь на выдумку хитра", — усмехнулся Макс. — Я никогда не взламывал наручники, но теоретически это возможно. Особенно если замок не очень сложный, а эти выглядят довольно старыми.

— Даже если ты освободишься, что дальше? — спросила Ария. — Нас охраняют, мы в неизвестном месте, без оружия.

— Одна проблема за раз, — ответил Макс. — Сначала избавимся от наручников, потом придумаем остальное.

Он начал осторожно манипулировать брелком, пытаясь вставить тонкий металлический хвост рыбки в замочную скважину наручников. Это было неудобно, учитывая, что его руки были скованы за спиной, но он не сдавался.

— Кстати, — произнес он через некоторое время, всё ещё работая над замком, — я действительно не хотел тебя обидеть своими подозрениями. Просто в моем мире я привык полагаться только на себя. Доверие… не приходит мне легко.

— Я понимаю, — тихо ответила Ария. — У всех нас есть свои защитные механизмы. Мой, например, заключается в том, чтобы всегда следовать правилам и протоколам. Это создает иллюзию контроля.

— А я скрываюсь за сарказмом и логикой, — кивнул Макс. — Притворяюсь, что ничто не может меня задеть, если я всё анализирую и обо всем шучу.

— Мы отличная пара, — усмехнулась Ария. — Двое эмоционально закрытых людей, пытающихся спасти мир.

— Ну, технически только один из нас человек, — заметил Макс с лёгкой улыбкой. — И пока мы пытаемся спасти только себя, а не мир.

— Детали, — отмахнулась она. — Как успехи с замком?

— Почти… — Макс сосредоточенно работал брелком. — Чувствую, как механизм поддаётся… Ещё немного…