Хозяйка пиратской флотилии

Глава 37

Вернувшись к Аннабель, я застала её в задумчивости, но не грустную и не злую. Значит разговор с Риком прошёл нормально, но заставил её переосмыслить некоторые понятия.

— Мне тяжело принять, что мир не идеален, что нельзя сделать его лучше, неся только добро, — сказала она на мой вопросительный взгляд и попросила занять её разговором, а то черепушка лопнет от мыслей.

Не придумав ничего лучше, ведь в голове у меня сейчас были темы только около магические, я решила поинтересоваться про свет и тьму. Давно надо было спросить, но как-то даже не задумалась.

— Откуда они у вас? Трон Рика признал правителем, дав тьму, а тебя его парой, отсюда и свет?

— Эм, при чём тут трон? — недоуменно уточнила Аннабель.

— Ну, Ром сказал, что магия трона — это ослабленные свет и тьма, вот я и предположила…

— О, нет, не думаю, что здесь есть связь, — улыбнулась герцогиня. — Впрочем… Хм. Не совсем так. Некоторая связь всё же есть. Смотри, — принялась она объяснять с особым энтузиазмом, — бывший Король обращался к трону в поисках наследников. Работает следующим образом: свет устанавливает родство, тьма помогает найти конкретных людей с таким родством. Раньше Рик думал, что Король пользовался только тьмой, но это не так. Не только потому, что свет Королю тоже был нужен, но и по другой причине. Свет и тьма — великие силы, их невозможно подчинить ни человеку, ни магу, но при определённых обстоятельствах… получается пользоваться их возможностями, обращаясь через артефакты. Например, трон. Он позволяет отправить силам своё желание, а силы могут ответить. Или не ответить.

— Ого, прям осознанно? — поразилась я. Звучит так, словно свет и тьма обладают чем-то вроде разума.

— Похоже на то, — кивнула Аннабель серьёзно. — И планы сил могут меняться. В один момент они благосклонны, в другой — уже нет. Король искал наследников, так тьма нащупала Рика, проверила его. И однажды решила больше не выполнять пожелания Короля. Вместо этого захотела… войти в Рика.

Я медленно моргнула. Звучит стремновато.

— Я объясню. Обычно свет и тьма просто везде. Они очень самодостаточны, — продолжила девушка.

— Да, это я знаю. Мне маг времени рассказывал, — покивала я. — Когда временщики создают зоны перемотки времени, то настраивают остальные стихии, а свет и тьма — сами понимают, как поступить, и всегда делают это наилучшим образом. Но мне казалось, что эти магии… м, силы точнее просто… ну, не знаю, устроены сложнее или завязаны на всём подряд.

— Или имеют собственную волю, — намекнула герцогиня. — Но в целом, думаю, ты в чём-то права. Стихии — как маленькие дети, действующие на рефлексах и инстинктах, а свет и тьма — взрослые осознанные личности. Детей нужно за ручку водить, а взрослым достаточно дать задание. Мне так это видится. Свет и тьма сложнее. Потому не могут просто… эм, позволить собой управлять абы кому. Не важно, насколько ты магически силён. К тому же, по моим ощущениям, влияние света и тьмы — повсеместное, вот только словно… не прямое, а как бы отражение. Смягчённое. Слишком могущественные это силы, чтобы влиять напрямую.

— Ага, понимаю. Наверное, — смутилась я. Рассказывают ли про это в Академии Магии, интересно? Там должны преподавать теорию магии более глубоко, чем может знать даже носитель света. Хотя где ещё я получу информацию из первых уст?

— Но иногда в Шуанши появляются так называемые посланники сил. Это два человека, обычно мага, обладающие какими-то подходящими… не знаю, качествами личности или способностями. И эти посланники могут со светом и тьмой не просто взаимодействовать через артефакт… Они с ними сливаются, оттого применяют силы напрямую, являются чем-то вроде прямого канала, проводника

— М, как котелок на огне! — озарило меня метафорой.

— Котелок? — улыбнулась герцогиня.

— Ну, если представить, что свет и тьма — это огонь, над которым висит котелок с лежащим внутри миром,Шуанши. Огонь нагревает котелок и передаёт тепло миру. А посланники — дыры в котелке, из-за которых огонь начинает не просто нагревать мир, а жарить его самого. Это опасно, потому таких посланников не толпа.

— Интересно звучит, что-то в этом есть, — согласилась Аннабель. — Но надо дополнить аналогию. Посланники не сразу дыры. Когда-то они были такой же небольшой областью котелка, как другие, но какая-то примесь, буквально песчинка, позволяет жару иначе на них действовать. Огонь не просто нагревает их, он их меняет, плавит. В итоге образуется дыра, когда расплавленный материал стекает. В этом суть становления посланником силы.

— То есть... — я сглотнула, не закончив, но по моим глазам герцогиня всё поняла и вздохнула. Если я верно трактовала её слова, силы причиняют вред своим посланникам.

— Рику было очень плохо, — подтвердила мои опасения девушка. — Он натурально горел, словно действительно плавился. Это состояние нужно было пережить, и теперь Рик в порядке, но далось это ему тяжело. Всё же лучше быть либо твёрдым куском котелка, либо уже сразу дырой. Переходное состояние… неприятное. Мягко говоря. Мне было не так плохо и не так долго, но похоже. М-м-м, дополняя твою аналогию: если тьма — это огонь, то свет — холод. Огонь плавит, а от холода замерзаешь и потом разом лопаешься, разлетаешься на осколочки. Оба варианта оставляют в котелке дыру, но процесс разный.

Ого, как круто легла моя метафора, однако…

— К чему я всё это вела? — задумчиво спросила Аннабель, помолчав немного. Её захватили воспоминания, а я не стала одёргивать, ибо и сама размышляла.

— Начинали с трона, — напомнила я, когда она спросила.

— А, откуда у нас силы!

— Точно да, это был мой вопрос.

— В общем, трон тут замешан, через него тьма приметила Рика. А свет… это подарочек от авторши, — вздохнула герцогиня. От оно что! — Ей захотелось посмотреть, как мы справимся. Все предыдущие посланники всегда сражались друг с другом. Точнее, тёмный творил беспредел, а светлый с ним боролся.

— В вашем случае разница была первоначально, — хмыкнула я. — Рик творить беспредел не стал бы.

— Не факт, — качнула головой девушка. — Когда Король… Ладно, тебе-то уж можно рассказать. Он приставал ко мне, хотел взять силой.

Я охнула. Вот же мразина венценосная!

— Мог убить даже, я-то сильно сопротивлялась, — опечалилась Аннабель. — Думаю, если бы так и случилось, Рику грозила потеря рассудка. И он стал бы не тем драконом, что уничтожил тирана, а драконом-разрушителем всего вокруг.

— Это тогда он убил Короля?

— Нет, тогда его преображение ещё не завершилось, он был слаб и просто забрал меня. Зато в тот момент во мне проснулась сила света. Всё сложно, я бы не хотела вспоминать…

— Конечно-конечно, не мучайся. Я итак всё уже узнала, что хотела. Давай переключимся на позитив. Когда там коронация? Не пора ли одеваться?

— Служанки скоро придут, чтобы собрать нас, — девушка попыталась улыбнуться.

Не буду уж описывать весь ритуал коронования, ибо он мне не особо понравился. Кто бывал на пышных свадьбах — поймёт, было очень похоже. Толпа народу, все разодетые, надушенные и разукрашенные, я тоже, но чувствую себя неуютно, ибо наряд не привычный. Друзья рядом, но им по большей части также не уютно, как и мне. Ну, такое, короче...

Трон вынесли на высокий помост на площадь перед дворцом, чтобы видно было всем. Приближённые заняли места поближе, отдалённый — подальше. Кто успел из простолюдинов, тех тоже пустили за дворцовую ограду. Как мне пояснили, позже будет паломничество, в рамках которого любой желающий сможет посмотреть на нового правителя с небольшого расстояния. Продлится вплоть до заката. Неужто Рик так и будет торчать тут без ужина? Ну, дело-то хорошее — показаться подданным, но… Ладно, решать ему. Раньше такой практики не было, Рик её и ввёл.

Но это всё ерунда по сравнению с… отречением главного наследника. Я уже поняла, почему трон “не видел” его раньше, когда Король искал. Варианта два: либо свет и тьма просто не хотели его показывать, либо он и его мать, дочь Короля, находились очень далеко, может даже под какой-то магической защитой. Юг располагается по сути на противоположном конце планеты, возможно всякое. Но да фиг с ним. Меня впечатлило другое. Даже два момента.

Во-первых, наследник оказался несовершеннолетним. Про это говорили многие аристократы. Тот же Грант, неведомым образом нашедший меня в толпе и невозмутимо застолбивший место рядом, иногда вливаясь в наши разговоры с домочадцами. Вопрос был в том, как несовершеннолетний может отречься? С такими раскладами трон должен бы спокойно принять правителем Рика, раз Король мёртв.

— Наследник может претендовать на трон после совершеннолетия, — пояснил Грант. — А даже если и не будет, магия трона способна сама решить, что правителя надо сменить на более близкого по крови. Чтобы этого не произошло, нужно отречение.

Но как это провернуть? А вот! Аннабель с Риком придумали напитать трон силами света и тьмы побольше, чем сейчас, чтобы усилить его. С таким апгрейдом трон сможет принять в правители хоть младенца. Это помимо прочих улучшений, но нам сейчас важно именно одно конкретное. Таким образом несовершеннолетний наследник получит возможность стать правителем, но откажется от неё, ибо так он сам решил. А следующим в списке стоит Рик. Вот и всё. Грубо говоря, посланники света и тьмы расширят закон, магический в нашем случае, ограничивающий возраст вступления во власть.

Теперь о втором впечатлившем меня моменте. Я ещё долго стояла, аки обухом по голове ударенная, когда после того, как Аннабель с Риком произвели манипуляции с троном, этот самый несовершеннолетний наследник вышел на помост. Если уже догадались, кто это, ты вы, дорогие читатели, явно сообразительней меня.

— В каком смысле Ром? — выдохнула я, опознав мордаху южного принца. Этот мелкий гад нашёл глазами нашу компанию в толпе и… подмигнул мне! Всё, уносите.

— Я Эромилен Кэйафас Третий, — заговорил громким, хорошо поставленным голосом, казалось бы, простой карманник из таверны в квартале воров, ныне глава разведсети бездомных, а по факту… — Старший наследный принц Милтиадеса, сын Эромилена Никефороса Второго, отрекаюсь от притязаний на трон Центрального Королевства! Своим наследником прошу признать герцога Ричарда Армина!

Следом выступил названный герцог, но я уже не слушала. Хлопала только глазами. Те моменты жизни, что связаны с Ромом, пробежали перед глазами, теперь это всё виделось в новом свете. Я его на складах нашла, грязного, оборванного, на воровстве поймала, потом… мыла самолично! И на работу к себе взяла. Что у него тогда в голове было-то?

Он ещё и наследный принц! Как же так? Зачем вообще поплыл не пойми куда на север? Неужто действительно собирался отомстить Королю за свою мать? Хотя упоминание про “старший” может говорить о том, что на трон этого… Милти что-то там есть кому садиться помимо него. И всё же!

— Лорин, что такое? Словила магическую отдачу? — услышала я тихий взволнованный голос Гранта над ухом. Только теперь поняла, что уже некоторое время стою, нагло привалившись к его твёрдой груди. Тут же поспешила отстраниться, руки мужчины не сразу пропали с моей талии, только когда он убедился — более падать не собираюсь.

— Да так… Нет, не отдача. У меня, просто, оказывается, даже больше влиятельных знакомых, чем казалось ещё сегодня утром…

— Знаешь Эромилена Третьего? — весело хмыкнул Грант, сразу догадавшись, к чему я клоню. — Надеюсь по дороге в Академию услышать историю вашего знакомства.

— Не уверена, но надеяться я тебе не запрещаю. Может, и расскажу… Сначала узнаю у него, можно ли о таком вообще болтать. Что за взгляд, Грант? Ни о каком развращении малолетних нет и речи! Ужас, о чём ты вообще подумал, — зафыркала я, а мужчина засмеялся.

Но смех его скрыл гул аплодисментов. Рик как раз закончил свою речь и сел на трон, который приветственно вспыхнул, принимая нового Короля. На его голове засветилась белым корона с отчётливыми чёрными пятнами камней в положенных местах.

— Вот это да-а-а! — протянул Грант, резко прервав веселье. — Корона истинного Короля! В прошлый раз подобная появлялась лишь на голове предпоследнего Императора Империи! Свет и тьма признали абсолютную власть Ричарда Армина. Похоже, теперь в Королевстве, да и вообще на всём северном континенте, наступят совсем иные времена…