По снегу босиком вместе

26. Подготовка

Сытый Гуло всегда вдохновлялся на самые ратные подвиги. Даже такие, как начертание вектора магического портала.

— Точка пересечения луча импульса магического пространственного перемещения и реальности и есть точка выхода из портала. Это аксиома, Лер, но не все понимают, какие возможности открывает этот пассаж. Мало кто даже просто задумывается над этим!

Ди — великолепный специалист по работе с магическими перемещениями. Лучший, в своем роде и в этом мире ей точно нет равных.

Гуло всегда обожал наблюдать ее за экспериментами или работой. Подстраховал, вдохновлял, поначалу еще постоянно вытаскивал из пространственных воронок, рожденных ее неудачными экспериментами, научился разыскивать по никому не заметным следам.

Постоянно рискующая, с головой уходившая во все новое, она в этом была и близка и понятна ему.

Но теперь эта неугомонная, вечно юная и бессмертная инквизиторша (вот уж кому эта форма подходила во всех отношениях) требовала от него невероятного: стать таким, как она.

— Лель. Послушай меня: ты многие годы играл роль второй скрипки, моей тени. Вбив себе в голову эту глупость. Не позволял раскрываться своему дару, сам. Ты значительно сильнее меня, во всех отношениях. Это я твоя тень.

Он бы конечно поспорил, и даже, наверное, доказал ей обратное. Но как спорить с женщиной, сидящей на твоих коленях, и нежно целующей небритое и довольно чумазое твое же лицо?

Обстоятельно так целует, каждое слово свое подкрепляя прикосновением губ. И руки. Тонкие ее пальчики трепетно волосы перебирают, касаются лба, вызывая целую бурю совершенно неконтролируемых уже эмоций.

— Ветерок. Я сейчас брошу к ягам собачьим всю эту порталистику и займусь тут вещами для нас обоих куда более приятными. Издевательства над взятыми в плен запрещены. Особенно — эротические.

— М? Да. — она оторвалась на мгновение и Лер успел поймать взгляд ее, совершенно осоловелый и возбужденный. — То есть, нет. А теперь просто представь себе ситуацию. Совершенно паршивую: я в отключке, а наших людей надо увести с места быстро и грамотно. Мне нужна вторая рука, Лель. Не тень и не альфа. Партнер, за которого я могу быть совершенно спокойна.

И снова дорожка из чувственных поцелуев. Вот умеет она мотивировать.

— Я никогда не стану равным тебе в порталистике, Ди. Ты же знаешь.

И поймал губы губами, сразу оборвав разом все возникающие возражения.

Сколько минут длилось это маленькое их безумие? Просто один поцелуй, втягивающий обоих похлеще всех пространственных воронок и в себе растворивший куда круче Сумерек.

Как дышать позабыли, будто бы и не умели. А когда воздух в легких закончился, им пришлось спешно выныривать, хватаясь за последние капли туманившегося сознания.

— Значит… будешь левой рукой. Все, время вышло. Пора. — Ди во всем была Инквизитором.

— Как обычно. — Лер на нее никогда не сердился. Даже когда повод был голову оторвать. — Интересно, когда эти смертные все успевают: влюбляться, жениться, детей там каких-то рожать между делом?

Попытавшись поймать упорхнувшую Венди, он промахнулся (что странно), и лениво потягиваясь, тоже встал.

— Они мир не берутся спасать по два раза ко дню. Хлопотное это дело, ты знаешь, сколько лет занимаюсь, никак не заканчивается. Лель, сначала перемещаемся в немноголюдное место, в котором недавно успел побывать. Тебе нужно откалибровать чувство вектора. В зависимости от места локации это ощущение очень сильно меняется. Я всегда и везде для начала настраиваюсь. Давай, давай. Если вдруг промахнешься, я вытащу.

Да, все течет, все меняется, и вот уже Гуло — стажер в крепких руках мастера — Венди старается не влететь в стену нужного дома и не перепутать начало портала с концом.

Не то, чтобы он вдохновился, но в голове крепко засело навязчивое: «Я в отключке, и мне нужна вторая рука.» Отчего так задели его эти слова, зачем вообще Ди их сказала?

Они давно привыкли к опасностям, эта война — часть их жизни. Почему же ему стало страшно сейчас?

Он старался. Не сразу, но получалось, и Леру вскоре пришлось с неохотой признать: он становился отличным партнером, вполне полноценным и грамотным порталистом. Долгие тренировки упрямой совы не прошли мимо, как он не сопротивлялся.

Пару раз даже саму ее подхватил на помарках (сильно при том сомневаясь, что совершенно случайных). Но он смог, вовремя все заметил и провел выход на место почти филигранно.

В четыре руки они выстроили первый в его практике крупный стационарный портал. Красивый такой, прочный, «фонящий» на пол полуострова магией. Хошь коробки с колбами туда втаскивай, хошь сразу волоки всю Инквизицию.

Работали молча, не позволяя себе ничего, кроме прикосновений и поцелуев. И пусть подсматривающие и подслушивающие обзавидуются.

А Ладон со товарищами в это время тоже был занят: он развернул целый фронт, дирижируя им, как заправский маэстро.

Было довольно непросто было составить план предстоящих «учений» а главное: выдумать вескую причину для проведения их прямо здесь, в самом центре Камчатки. Какие такие причины должны быть у террористов для выбора этого места?

Да никаких. Разве, что только временное помутнение рассудка их этого… террористического. Думай, Ладонушка, думай. Это люди, а человекам, как это известно, нужна мотивирующая деятельность бумага. И аргументы в духе: «оракулы тут нашептали» в плоском мире людей не прокатывали.

Только к утру в результате усилий всего коллективного разума и под руководством дотошного Сильвера, «легенда» учений была рождена и достаточно аргументирована.

Дескать: туризм развивается, инфраструктура расширилась, следует работать на перспективу, дабы избежать вероятного. Кабинетные крысы всегда обожали расплывчатые формулировки. Теперь в дело входили широкие административные связи во всех сферах власти. И вот они уже не подвели.

Валентин Линкс, которого они до сих пор знали лишь как попавшего в крупную семейную переделку отца маленькой девочки, оказался действительно очень серьезной фигурой. И талантливым организатором, вокруг которого шестеренки гигантской военной машины закрутились с невероятной и сокрушительной скоростью. Он везде успевал, сосредоточенный, быстрый, как рыба в воде. Лишь короткие сообщения от лисички, маленького, чуткого ангела, хранившего сон и покой Маши Линкс, заставляли его останавливаться на секунду-другую. Валентин замирал, на лице расцветала улыбка, красивая, очень. Но короткие мгновения истекали и в реал возвращался расчетливый хищник.

Люся с Ильей лишь понимающе переглядывались. Кажется, маленькая Танюша, лисичка — помощница Маргариты аккуратно протаптывала тропинку к израненному сердцу Линкса. В госпитале они успели с ней познакомиться и обоим единодушно понравилась чуткая, очень добрая девушка, с первых минут откровенно запавшая на Валентина. То, что и нужно ему. Им с Марусей.

За этот длинный и утомительный день Валентин умудрился задействовать все свои связи во всех сферах жизни Камчатки. Кто откажет спасателям? На полуострове таких глупых не было. И вот уже вертолеты летают над плоским Толбачиком и куча народу организованно разгружают армейские ящики однозначно похожие на боекомплект. Даже для самого наигражданского зрителя, — очень похоже все было на подготовку к большему подрыву.

Кто угодно был должен занервничать.

Но противник молчал, никаких признаков активности не отмечалось, как Люся не слушала чувства свои, как морфы не нюхали. Полная тишина. Ладон нервничал: если эта их рискованная идея не оправдает себя… Их всех потихонечку уничтожат. Как Венди и предполагала: тихо и по-одному.

Они встретились у мерно сиявшего всполохами энергий портала, молча взглядами обменялись и разошлись.

На случай такого развития событий у группы имелся план «Б».

— Ладон, мы готовы к началу древнего ритуала. Некромант на месте, тела жертв мы все обнаружили, можно откатывать время назад. — Венди встала напротив дракона, задумчиво рассматривая низкое, серое небо Камчатки. Что она там увидела?

С огромным трудом подавив всплеск искреннего (почти) удивления, дракон свирепо глаза округлил, и рявкнул на иронично взглянувшую на него Венди: — Вы рехнулись! Смерти хотите моей, преждевременной. Да я оправдательные докладные буду писать до конца вечной жизни! Самый секретный из ритуалов, новейшая разработка, и здесь, так открыто, без разрешения спец отдела⁈

Он врал так натурально и громко, что Ди ему чуть не поверила. Вот ведь… рептилоид.

К ним спешно подошла явно встревоженная криком начальственным Люся, прислушалась, улыбнулась уголком ярких губ и осторожно вмешалась:

— Илья работу с отрицанием фактора времени отрабатывал неоднократно, вы совершенно напрасно волнуетесь. Между прочим: у ребят получилось вскрыть саркофаги, используя схожий с ним алгоритм, так что… Это наш единственный шанс все здесь надежно и быстро разрушить. В одной точке скрутить отрезок бесконечного времени лет на пять, а люди пусть уничтожат все это в зародыше.

Лю речь свою проникновенную произнесла и руками красиво взмахнула. Вот это все, мол, что стояло вокруг и снесем.

Гуло рядом стоял и искренне восхищался коллегами, стараясь не думать о том, что за ересь они с видом очень уверенным все тут несли. Расчет их был прост и понятен: все противники — самоучки. Талантливые, гениальные даже. Но… теорию времени и пространства им профессор Дамблдор на курсе общей трансфигурации не читал. А значит, — впечатлиться обязаны. А в том, что за ними сейчас следить пристально он ни секундочки не сомневался. Оставалось лишь ждать терпеливо.

Лер бы и дальше стоял, но тут Венди вдруг напряглась, оглянувшись на вход ко всеобщей их цели.

Ничего не сказала, и мысли свои не открыла, но он сразу понял: сработал их маленький трюк.

Обмен взглядами быстрый, они оба быстро развернулись и двинулись в сторону мегапещеры.

Операция «Джокер» вступила в свою завершающую стадию. Карты выложены на стол.