Сумрак Андердарка

Глава 16

— Как она? — был первый вопрос, что встретил меня по выходу из портала уже в Ториле.

— Плохо, — мрачно бросил я, проходя со спящей Ю Лан до кровати.

Так-то в моём заклинательном чертоге обычно никакой кровати нет, но каменный алтарь для работы с трупами был не лучшим вариантом, чтобы усыплять девочку перед визитом в Геенну, потому мебель поставили. А так как чары перед переносом мы накладывали не совсем стандартные, имея в виду максимальное отгораживание её разума от возможных болевых ощущений, да с дополнительным укреплением, дабы они выдержали различные варианты рассеивания, проснуться Ю Лан должна была только часов через семь.

— Этот ультролот что-то напортачил? — с тревогой предположила Айвел.

— Хуже — он вообще не стал браться, — уложив носительницу пушистых ушек и хвостика, устало вздохнул я.

— Зато мы получили бездну знаний по химерологии, — поиграла в пальцах кристаллом следующая за мной Шеллис.

— Что? Почему? — всполошилась Айвел.

— Потому, что он сказал, по сути, то же самое, что и друиды с Алиндрой, только без этой природной чуши, — раздражённо ответил я. — Извини, Лин.

— Да ничего, — отмахнулась лунная эльфийка. — Я пусть и постигла уже Четвёртый Круг магии природы, но согласна, что «чистые» друиды… кхм… имеют особый взгляд на мир.

— Что дальше делать будем? — это уже интересовалась Эндаэль.

— Буду изучать вопрос сам — с новыми знаниями, возможно, получится что-то вывести… — уверенности у меня не было, но других вариантов вылечить девочку без радикальных методов не осталось.

— Мы поможем, — дружно ответили мои жёны, впрочем, я в них и не сомневался.

— Само собой, — киваю.

Так наша работа по поиску метода исцеления вступила в новую фазу. Я всё ещё навещал время от времени дроу на предмет чего-то нового, заодно сбагрив на реализацию демонические трофеи, но уже не ожидал там успехов и внезапного откапывания кнопки «сделать хорошо». Что же касалось самих опытов… Для начала я изучил всю ту базу, что предоставил Высший юголот. Попутно пришлось хлестать кровь и просить Лин об исцеляющих заклинаниях — знаний было много, «уложены» они были удобным для планаров способом, да и я торопился и хватал много больше, чем это было допустимо для безопасного усвоения, но плевать. Новые знания… действительно впечатляли, и наш партнёр не соврал — там были принципы работы с плотью от самого примитивного «сращивания» до высшей некромантии, магии крови и прочих радостей вивисектора.

Первое, что я сделал, это полностью проанализировал организм Ю Лан, опираясь на новую базу. И мысленно схватился за голову, ибо намешали и напихали в неё много больше, чем я думал. Этим безумцам из Мулмастера мало было привить ребёнку кровь ракшаса, они ещё умудрились впихнуть и кровь кого-то из архонтов. Это такие светлые планары. Фишка только в том, что они, в известном своём большинстве, нифига не прекрасные ангелы (правильное название которых в местной традиции — дэвы), а скорее подобие псоглавцев из земных мифов, только головы там могут быть не только собачьими, а ещё от совы до медведя и одни боги ведают чего ещё (реалии дел на Светлых Планах много более сокрыты от смертных, нежели творящееся в Нижних). Но самые известные всё же архонты-гончие — главные по численности солдаты, охотники и следопыты небесных армий. И вот эти полудурки мало того что добыли где-то образцы, скорее всего, всё же как раз архонта-гончей и намылились через них искусственно прививать родословную, так ещё и сделали это вперемешку с родословной тёмного планара! Которой было больше! Скорее всего, тупо по объёму образцов. И как они вообще умудрились жизнеспособно скрестить эти две ветви, я просто не представлял. Вернее, теперь представлял, но… так можно делать некрохимеру, что не будет уже расти и дальше меняться! Даже на уровне живого существа это уже не должно работать! Оно и не работало, да…

Словом, следующий год прошёл в экспериментах. Пришлось срезать (а потом отрастить обратно, само собой, благо сочетания магии крови и уже освоенного Лин друидического исцеления для этого было достаточно) ученице руку — мне был необходим кубический дюйм плоти… А ещё крупный алмаз и двухметровая хрустальная колба. И четыре месяца ожидания. Да, я делал клона (некрохимерология, Восьмой Круг), поскольку без практикумов по изменению плоти я тут ничего не сделаю. Никак. А экспериментировать на ней не собирался. Бездушный же (в прямом смысле слова) клон был тем, что нужно.

Нет, изначально я пытался через симулякрум — сложную материальную иллюзию Седьмого Круга, что проецирует организм «от и до». Двойник даже имеет разум, идентичный оригиналу, и способен колдовать, правда, очень ограниченно и не может восстанавливать ни «подвесы» в ауре, ни собственные силы, если колдует не через Пряжу. Вот только пусть энергетический двойник и помог мне разобраться в астральном теле приёмной дочери, однако влияние этого астрального тела на плоть и изменения, что в ней происходят из-за этого влияния, передать не мог. Ибо плоть была иллюзией с материальным компонентом в виде льда, снега и рубиновой пыли. Что же касалось клона…

— Чтоб тебя… — я смотрел на расплывшееся месиво, оказавшееся в колбе вместо клона.

— Ты ошибся в заклинании? — нахмурившись, спросила Эндаэль.

— Нет… Ох, лучше бы я действительно ошибся в заклинании…

— Тогда в чём дело? — спросила Айвел. — Питательная смесь тоже верной была.

— Проблема в том, — начала просвещать подруг Шеллис, что была сегодня небывало мрачной и даже не язвила, как обычно, — что у клона нет души.

— Это не объясняет, почему он развалился, — Линвэль разделяла общую хмурость.

— Потому, что в девочке есть наследие планаров, — пояснила дьяволица, — и её тело сейчас буквально держится на этих крохах куска духовной сущности. Без него, — фамильяр кивнула на колбу, — с Ю Лан было бы то же самое.

— Вот только клонировать планара — это отдельное извращение, а уж гибрида… — когда я начинал процесс клонирования, о таких тонкостях банально не подумал. К тому же результат в виде «бульона» — это плохо. Это очень хреновый показатель самой возможности такой операции.

Шеллис права: без наследия ракшасов девочка сейчас была бы таким же бульоном. Вот только она уже выросла. У неё, как бы странно это ни звучало, много плоти… Поддержание которой та капля планарной сущности просто «не тянет».

— Может, всё же усилить черты? — задумался я вслух, скорее от отчаяния, чем на самом деле об этом думая. — Эх… Нет, слишком опасно и непредсказуемо, — был бы у меня полноценный клон, а лучше несколько — можно было бы попробовать химеризировать её дальше. Усиление имеющегося наследия — это не полная перековка сущности, последствия там будут куда как меньшие и куда как мягче. Вот только этот процесс гарантированно затронет и весь остальной организм. Причём я никак не смогу просчитать, как именно: мне для этого и нужны были клоны! А без них это гарантированное убийство, причём с такими духовными ранами, что и «Истинное Воскрешение» не факт, что сможет вернуть её к жизни.

В общем и целом получалось… Да никак не получалось. Тело Ю Лан банально накопило слишком много ошибок и постепенно теряло стабильность. И решить это, сохраняя статус-кво, было просто нереально — ультролот не соврал и тут. Или полная смена сущности с неизбежным изменением психики и личности, или…

— Хм… А что, если сменить тело? — я задумался.

— Сменить тело? — покосились на меня девушки, также переселившиеся в лабораторию и несколько испортившиеся характером на почве постоянного стресса и чувства утекающего времени. Да чего там? Они даже Рунга, что как-то попробовал заглянуть в нашу обитель, чуть в соседнюю колбу не запихали, ибо бедный орк попал под горячую руку.

— Да, — я кивнул. — По сути, это чем-то похоже на становление личем. Но там волшебник сам себя убивает, проводит душу через Смерть, помещает в сосуд и через него анимирует собственный труп. Ну или какое-то другое тело. Однако если сделать живое и бездушное тело, то можно вселиться в него, а изымать душу не через Смерть, а хотя бы и дьявольским способом. Да, это будет сложнее, но и результат — вполне живой и здоровый.

— Ага, вот только потом правильно срастить душу и тело — это та ещё задачка, — покачала головой Шеллис. — Так-то вариант бессмертия для этих трёх хорош, если чуть доработать, то можно вообще и от всяких неприятных случайностей застраховаться, а с учётом «Истинного Полиморфа» и новых навыков в химерологии — так и вовсе что-то интересное сотворить, но для Ю Лан это не подойдёт: одно дело — сращивать с бездушным двойником, что всё же выращен из твоей плоти, пусть даже в дальнейшем и изменённой, и совсем другое — с плотью совсем чуждой. А двойника её мы сделать не смогли.

— Значит, буду отрабатывать навыки… — мрачно ответил я. — Или у кого-то есть другие идеи?

Других идей не появилось. Так что начались новые бесчеловечные эксперименты на дроу, дуэргарах, орках, людях, полуэльфах и прочей публике, что заработала на смертный приговор. Я натурально вытрясал душу и запихивал её в другое вместилище. Сначала — по традиционному рецепту, через «Волшебный Сосуд» — эрзац-филактерию, создаваемую ритуалом Шестого Круга, а потом и напрямую. Самым сложным было действительно правильно связать сущность с чужой плотью. Тысячи и тысячи тончайших серебряных нитей переплетали дух и материю. Разрушишь все — жертва норовит отправиться в загробный мир. Не разрушишь? Тогда она будет пытаться вернуться в своё тело, даже если туда уже запихнули кого-то другого. Этот другой, кстати, тоже будет пытаться вернуться. И всё это через волшебный сосуд… Но путём проб и ошибок я постепенно приноровился и теперь мог переселять души… да и вообще много чего с ними делать. Вот только сущность Ю Лан была очень сложной. И хрупкой из-за «салата» из разных кусков разных существ. И… я облажался.

— Гр-р-р… — удар кулаком в стену заклинательного зала снёс половину этой стены.

— Спокойно! — повисла на мне Шеллис. — Не верю, что говорю это, но держи себя в руках!

— Да… — вдох-выдох. — Да…

— Не получилось? — скорее для порядку, чем действительно пытаясь узнать, спросила Энди — наиболее подходящее Ю Лан тело, что мы создали на основе крови Айви, Лин и Энди, так и осталось овощем.

— Нет, — я вздохнул, — она просто начала разваливаться у меня в руках, едва успел вернуть обратно. Не хватает мастерства… Что же, буду нарабатывать.

Вот только наработать я так ничего и не успел. Тот день ничем не отличался от других. Обладательница лисьих ушек сидела в моей лаборатории и читала трактат по чарам «Гравитационного Разлома» с Шестого Круга, к освоению которого подбиралась всё ближе и ближе, и внезапно… просто упала без сознания, а мой нос уловил запах не самого лучшего качества крови.

Брошенные чары диагностики показали полный ужас. Я предполагал, что ей будет становиться хуже и хуже, но всё-таки надеялся, как бы странно это ни звучало, что угасание будет постепенным. Однако химерический организм был весьма крепким и, пока не дошёл до предела, не подавал признаков проблем, вот только как дошёл… сразу же пошёл «сыпаться». Внутренние органы работали с надрывом, на последнем издыхании. И даже наложенные сразу следом за диагностикой чары, что использовались для поддержания жизни во время преобразования пленного раба в хитина, то бишь являлись «реанимацией», могли помочь очень ненадолго. Ибо, как я видел, отторжение пошло и на духовном уровне. Как бы мы ни пытались укрепить ауру Ю Лан, нагрузка была выше того, что она могла выдержать. Духовные оболочки расползались, душа трещала по швам. И… я опоздал. Это уже не перенесёшь в другое тело. Она уже и в своём родном не держится. И пусть молодая девушка прожила десяток лет против максимум семи, что ей прогнозировали… это был конец.

— Проклятье. Что же, будем надеяться, что то, что она получит, будет не хуже того, что ей придётся отдать…

Клыки прокусили моё запястье. Воля не дала ране закрыться, а нож в руке уже вскрывал артерию Ю Лан, выпуская разлагающуюся химерическую кровь. Новое усилие с новым надрезом — и уже моя влага жизни вливается ей в вены, направляемая телекинезом, а миг спустя и запястье второй руки окрасилось кровью, чтобы влить ту в аккуратно приоткрытый рот девушки.

Чтобы она начала глотать, тоже пришлось задействовать телекинез, но этого было мало, и я пустил в ход витэ, начав вливать в Ю Лан свою жизненную энергию, параллельно пытаясь дозваться своим разумом до угасающего в агонии сознания. Тело передо мной не шевелилось, но в эмоциях и отголосках рассыпающихся мыслей девушки я видел, насколько ей до тошноты больно и дурно во всех смыслах. И, видя это, я старался отсечь эту боль, оградить от неё чужой разум и окутать тот своим присутствием и поддержкой.

Было сложно, но в то же время и как-то… интуитивно понятно, что ли. Только начав, я уже знал, что делать, в какой-то момент склонившись к шее воспитанницы и впившись в ту клыками, чтобы вытянуть последние остатки гнилой крови, что сейчас её только скорее убивала. После же… не помню.

Я долго сидел над ней, делясь своей влагой жизни и самой жизненной энергией, потом поднял невесомое тело на руки и отнёс в её покои. Кажется, меня окликали и сопровождали суетой, я даже что-то отвечал, но в памяти сохранился только образ бледной девушки, что покоилась у меня на руках. Укладывая Ю Лан на её любимую кровать, я видел, что процесс уже пошёл. Видел это очень отчётливо. Как и то, что теперь оставалось только ждать и продолжать вливать в неё мою жизненную энергию.

— … й, откликнись же! — пробилась до меня первая связная реплика голосом Шеллис. — Ты сейчас себя прикончишь! Скажи, чем помочь!

— Принеси крови.

— Наконец-то! — как матом хлестнула дьяволица, исчезая из комнаты раньше, чем эхо её голоса.

— Фобос хороший! Сильный! Фобос справится! Тмистис верит! — обнаружилась рядом и фея, с нескрываемой тревогой переводящая взгляд с меня на Ю Лан.

— Да… надеюсь, — эхом откликнулся я.

— Не надейся! — нервно потребовала Линвэль. — Я хочу сказать… То есть… Ты точно сделаешь как надо, не сомневайся! Только не сомневайся, хорошо⁈

— Да… — сглотнув пересохшим горлом, вновь кивнул я.

— Мы рядом, — осторожно тронула меня за руку Айвел.

— Да, мы с тобой! Здесь! — в откровенном мандраже подтвердила Энди.

— Знаю… Спасибо, — с усилием выдавливаю из себя, как раз под звук возвращения Шеллис, что притащила бутыль с магически законсервированной кровью, которую я вскоре полностью опустошил, заставляя пустыню во рту отступить.

— Знаешь, что дальше? — стараясь говорить деловито, уточнила дьяволица, забрав ёмкость.

— Ждать… Только ждать…

И мы ждали, периодически повторяя опустошение бутылей. Через тринадцать часов стало очевидно, что обращение пройдёт удачно. Самые важные изменения в её душе уже были завершены, оставалась только перестройка тела. Сколько будет длиться процесс, я не знал, но он больше не требовал вливания жизненной энергии.

Однако очнулась Ю Лан лишь через трое суток, что мы также провели у её кровати. Кожа бывшей химеры стала бледнее, верхние клыки ещё немного вытянулись, но не до гипертрофированных размеров. Ушки и хвост никуда не делись, цвет волос тоже не изменился, а вот открывшиеся глаза вместо тёмно-карего приобрели ярко-рубиновый цвет.

— Как ты? — почти шёпотом спросил я, неосознанно понизив голос.

— Х-хозяин? — её большие рубиновые глаза сфокусировались на мне.

— С каких это пор ты стала называть меня хозяином?

— Я… Я не знаю… Я… Оно само вырвалось, — Ю Лан состроила растерянную мордашку.

— Ясно, — мы с девочками переглянулись. — Как ты себя чувствуешь?

— Я… Нормально… А что случилось? Что я здесь делаю?

— Ты помнишь, как потеряла сознание в лаборатории?

Ю Лан на секунду задумалась, а потом мотнула головой.

— Нет, не помню, помню только, что мне вдруг стало очень больно, и я испугалась, а дальше ничего.

— Понятно… Что ж, случилось то, чего мы все боялись — ты начала умирать. Очень быстро. Стремительно. Я был вынужден дать тебе своей крови и начать процесс обращения в вампира. И, к счастью, процесс прошёл удачно, твоя душа не отторгла мою сущность, и ты теперь в полной мере моя дочь, со всеми вытекающими последствиями.

Ю Лан молчала, уставившись в пространство и, видимо, прислушиваясь к себе. Я не лез в её разум, а в эмоциях, кроме озадаченности, мало что было понятно, в том смысле, что царил там тот ещё шторм. Проникшиеся моментом девочки тоже затаили дыхание, даже Тмистис и Шеллис не спешили ломать атмосферу, ожидая, что будет дальше. Так прошло несколько минут, и только потом последовал вопрос:

— Значит, я теперь вампир?

— Да.

— И… — рубиновые глаза поймали мой взгляд. — И ваша… дочь? — при этих словах на её щеках появился лёгкий румянец.

— Именно. И ты была ей все последние десять лет.

Лицо Ю Лан дрогнуло, заставив девушку резко растереть ладонями щёки, будто борясь с неуместным порывом, но жест в этом плане оказался бесполезным, и в следующий миг она уже бросилась ко мне на шею с нескрываемой улыбкой на устах и, уткнувшись носом в ключицу, крепко вцепилась руками.

Не было ни слёз, ни слов, она просто молча прижималась ко мне, с непривычки не контролируя свою новую физическую силу. Я тоже молчал, только обнял её в ответ, отчасти понимая, какой груз давил на неё все эти годы. Страх смерти, он… он силён. Даже если ты пытаешься его игнорировать, даже если ты живёшь полной жизнью и в окружении близких… Хотя особенно если ты живёшь в окружении близких — если тебе есть что терять. И она жила так десять лет. Возможно, первые года не осознавая, но… она ведь всё видела, всё слышала, училась и видела все наши поиски. А это… даже если загнать очень глубоко в сердце, оно всё равно будет давить и отравлять жизнь. Теперь же она была жива, здорова и даже в каком-то смысле бессмертна, а слова про дочь… Похоже, не я один был рад этой встрече и тому месту, что маленькая рабыня заняла в моей жизни.

Так прошло около десяти минут, за которые к нашим объятиям присоединились ещё три пары рук и гордый плюх одной феи между пушистых ушек. Только Шеллис изображала надменную независимость и Гордость Эльф… кхм, простите, Дьяволов, сложив руки на груди и глядя на нас как на хулиганьё несмышлёное. Потом же Ю Лан заворочалась и спустя ещё минуту тихо и смущённо произнесла:

— Фо… Фобос… Я хочу пить… Очень сильно…

— Это Жажда, — выпустив девушку из кольца рук, я снял с пояса флягу. — Вот, выпей.

Ю Лан неуверенно приняла флягу, но спустя миг нерешительности прильнула к горлышку.

— Вкусно, — выдохнула она, когда осушила сосуд. — Больше пить не хочется.

— Хорошо, — я забрал ёмкость и, повинуясь порыву, запустил руку ей в волосы, слегка те взъерошив. — Тебе теперь некоторое время нельзя выходить на поверхность, по крайней мере, днём. Ну и придётся вплотную заняться магией, защищающей от излучения.

Ю Лан согласно кивнула и опять порывисто уткнулась мне в ключицу. От этого жеста в груди что-то шевельнулось, как и у моих жён, но если те ограничились улыбками, то я начал гладить девочку по голове. Уже такую большую, но… всё равно ребёнка.

«Дочка». Как непривычно звучит это слово. Кто бы мог подумать…

Два месяца спустя.

— Отлично, ты уже хорошо адаптировалась, — погладил я спрыгнувшую с потолка Ю Лан по голове, — ходишь совсем без напряжения. Сама как считаешь?

— Ум… Всё ещё не всегда получается правильно соизмерить силу, да и скорость тоже… — девушка забавно развела ушки. — Ох, до сих пор стыдно вспоминать, как смеялась Тмистис, когда я не вписалась в поворот, играя с ней в догонялки…

— Хо, неужели тебе пришлось отскребать себя со стены? — я улыбнулся, прекрасно зная, что и как там было — сама фея и рассказала, пылая возмущением на «всяких жуликов».

— Нет! Я спокойно побежала по стене, а потом забежала на потолок и с него прыгнула, поймав Тмис! — гордо заявили мне.

— Что же, ты быстро сориентировалась, и это хорошо, — покивал я, мудро не напоминая, что в том эпизоде ещё фигурировали крайне забавное «Ой!», уже в положении стоя на стене лицом в потолок, и замирание секунд на пять, отчего фея согнулась в хохоте, потеряла бдительность и раззадорила девушку для дальнейшего манёвра. — Но в чём же проблема? Ты ведь должна чётко чувствовать порог перехода на неестественный способ движений, тем более тебя сейчас ускорение весьма выматывает, — возвращаюсь к теме её проблем.

— Ум… — поджала нижнюю губку девушка. — Это сложно так просто сказать, я… Я раньше всегда очень… ну… боялась вас подвести на тренировках, — смущённо вильнула она глазками. — С самых первых уроков это было… А потом… тренировочные бои мне давались очень сложно, особенно с дроу. Они очень сильные, быстрые, выносливые… Совсем не как я тогда. Поэтому я привыкла всегда как бы бросаться, что ли, выкладываться вся полностью. А когда это уже стало не очень нужно, я уже просто привыкла делать так каждый раз, когда чувствую, что отстаю. Из-за этого я теперь не всегда спохватываюсь заранее, успевая раньше использовать новую силу.

— Но ведь ты изучила те упражнения по контролю сознания из книг иллитидов. Или не помогают?

— Помогают, но… — она вновь закусила губу, потупив взгляд.

— Что такое?

— Это… Ом… Я в детстве всегда очень радовалась, когда получалось сделать всё так, чтобы вы меня хвалили, и так получилось, что то усилие, которое я вкладывала, стало, ну… как бы… Не знаю, как сказать, но получилось, что я сама его хочу, и это что-то вроде… приятной привычки, от которой не хочется избавляться, даже если надо… Простите… — вконец засмущалась открытия своих детских переживаний уже вся такая «большая и взрослая» девушка, которой стыдно признаваться в том, что волновало её сердечко, когда она была «совсем маленькой». Тем более ей было стыдно говорить об этом со мной, всё же я занял в её жизни роль отца, а некоторые вещи девочкам куда проще обсуждать с мамами, чем с папами.

— То есть между отбрасыванием всех ограничений и получением положительных эмоций у тебя сформировалась чёткая связь, которую, из-за того, что речь идёт об источнике позитивных эмоций, очень сложно ломать, даже если понимаешь необходимость разумом? — подвёл итог её рассказу я.

— У-ум… Да, наверное, так это сказать правильно.

— Ну, это не проблема — со временем привыкнешь и приноровишься, — вновь погладил я её по голове, чуть при этом приобняв и подчёркнуто не выдавая никакой реакции на «стра-а-ашные откровения», причём в эмоциональном фоне в первую очередь, ибо… она-то себя закрыла как могла, но я видел, что за мной псионически поглядывает. — На всякий случай понаблюдаем за твоим телом ещё недельку, и можно будет переходить к более серьёзному изучению нашей магии.

— Хорошо, — послушно закивала девочка, радостно маша хвостом. Но тут она почувствовала шевеление, и выдающий её восторг орган был схвачен и сурово прижат к груди. — У-у-уф, — уровень смущения и милоты пробил новый рубеж. Но на этом Ю Лан сбежала, оставив меня подводить результаты проверок.

Результаты же были… впечатляющими. Во-первых, психика не понесла никаких существенных изменений. Мелкие — имели место, но они скорее были связаны с пережитой де-факто смертью и, как ни странно, освобождением от давления мыслей о ней. То есть девочка стала чуть более задорной, энергичной, более живой, как бы странно это ни звучало для формально нежити. И это не могло меня не радовать.

Куда серьёзнее изменилась её физиология. И тут вопрос не только в Жажде (что была вполне стандартной, требуя где-то стакана крови в неделю, если жить без особых нагрузок), а также свято- и светобоязни, но и в тех преимуществах, что она обрела. Сила и скорость были ожидаемы — снятие ограничений с мышц плюс негативная энергия, что теперь эти мышцы питала. Существенно выросли её псионические способности — тактильный телекинез, он же «паучье лазание», характерен для всех вампиров, но пробуждается далеко не сразу и требует некоторого освоения, для неё же это было столь же просто, как и дышать. Даже проще, с учётом того, что дышать как раз не требовалось. «Сила крови» Ю Лан также возросла, и возросла существенно — пусть мы все и учили её как «пути волшебника», так и «пути колдуна», но если раньше за счёт личной силы она могла выдать одно-два заклинания Второго Круга (что для её возраста тоже было выдающимся результатом), а через Пряжу и вовсе способна была творить Пятый Круг с замашкой на Шестой, то теперь именно как колдуну ей был вполне доступен Третий, причём весьма основательно, а не так, что после одного заклинания нужно сутки отдыхать. А ведь есть ещё витэ в целом и магия крови в частности; пусть пока у неё нет ни знаний, ни навыка для этих разделов, но сам факт возможности их уверенно освоить я видел отчётливо.

С оборотом, правда, имелись проблемы. В том смысле, что никаких превращений в летучих мышей и волков, как и у меня, у Ю Лан не проявилось, а туманную форму мы пока не пробовали — слишком она затратна. Девочка могла слегка менять пальцы, чтобы ногти приобретали схожесть с когтями, как и усиливать те нагнетанием негативной энергии, но на этом всё. При этом она, тоже в точности как и я, чувствовала жизненную и негативную энергию в радиусе, воспринимая ту огоньками разной интенсивности, могла осязать магию, что, впрочем, больше являлось свойством колдуна, и прекрасно видела в темноте без потери цветов, а не исключительно в чёрно-белом спектре, как у обычных вампиров. Словом, получился традиционный птенец, что наследует черты обратившего, только в ослабленной форме. То есть можно считать, что с момента обращения Ю Лан я основал-таки клан со своей линией крови, пусть и в лице одного представителя.

Однако, помимо плюсов, были и минусы. И я сейчас не про светобоязнь и Жажду. Текущая вода, как и мне, не доставляла девочке проблем, да и чужие пороги не ограничивали возможность зайти в помещение, а вот возросшая псионика… Не стоило забывать про привитую ей ауру очарования, которая пусть и не была псионикой в чистом виде, то есть управляемым разумом явлением, но представляла собой врождённую псионическую способность. Плюс нельзя сбрасывать со счетов возросшую привлекательность, связанную с исправлением мелких дефектов и несовершенств в теле. Короче, бедная девушка (что так-то от природы была фигуристее той же Линвэль и теперь застыла в моменте пика очарования молодости) постоянно подвергалась попыткам затискивания от нашего женского коллектива, а уж что хотела с ней сделать Шеллис… И пусть оно звучит забавно, но на деле — нихрена! И тут или окружающим постоянно себя одёргивать приходится, или Ю Лан страдать за свою «миленькость». Не особо приятно, знаете ли, когда подавляющее большинство твоих собеседников «капает слюной», периодически подвисая и выпадая из разговора, а то и вообще начиная неконтролируемо распускать руки. К счастью, те книги по псионике от иллитидов имели рекомендации по такому случаю. В том смысле, что эти осьминогоголовые — страшные уроды, как с точки зрения разума, так и чисто физиологически. Но порой и им приходится общаться с другими разумными, причём не имея возможности промыть им мозги и сделать рабами, а то и вовсе требуется договориться с позиции слабого, чтобы вымолить себе жизнь. На такой случай у них и было тренируемое воздействие, что почти полностью повторяло способность Ю Лан, только являлось именно контролируемым и изучаемым навыком. Навыком, в ходе освоения которого псионик учился, кроме прочего, контролировать его силу и радиус воздействия — как раз тому, что нам и требовалось. Разумеется, в чистом виде те практики девушке не подходили, но переложить их так, чтобы нужный эффект был достигнут, мы вдвоём смогли. Если же добавить к этому чары маскировки из школы иллюзии, ложную ауру да уловки Шеллис по мимикрии планара под смертного, что со скрипом, но давались в том числе и вампирам, при нужде Ю Лан и вовсе могла изобразить отталкивающую уродину. Что, впрочем, пока нигде не требовалось, и я бы не сказал, что этим огорчён.

И кстати, о Шеллис…

— Ну что, папочка, — скалилась дьяволица, самой игривой походкой вплывая в заклинательный чертог, чтобы буквально спустя секунду прильнуть к моей груди, — результаты осмотра тебя… удовлетворили? — как всегда, очень неоднозначно пошутила дочка Асмодея, не забыв поиграть интонацией и томно заглянуть глаза в глаза.

— Опять твои шуточки, — я вздохнул, впрочем, не отказав себе в удовольствии приобнять провокаторшу, что была одета в крайне откровенный наряд из паучьего шёлка, какие традиционно носят жрицы-дроу, разве что без бронекорсета, а в остальном очень облегающий и открытый.

— Пф, скучный ты, — фыркнула она. — Хотя в подобном нет ничего такого что для дьяволов, что для вампиров.

— Только не начинай рассказывать, сколько твоих сестёр разложил Асмодей за время своего существования, — закатываю глаза. — И вообще, ставить в пример Архидьявола можно только в контексте «как делать НЕ надо».

— Ну-ну, ещё скажи, что не будешь отгонять от неё всяких залётных ухажёров адамантитовым фламбергом, — продолжила насмехаться фамильяр, игриво прикусывая нижнюю губку.

— Не меняю утверждения, — ушёл я в несознанку, игнорируя провокацию.

— Ладно, давай вернёмся к тому моменту, где тебя устроило то, кем стала Ю Лан, — подозрительно покладисто отложила тему пошлости Шеллис.

— Устроило, — глупо было это отрицать. — Как окончательно привыкнет, попробую дать ей своей крови.

— Освобождение-возвышение? — понимающе протянула дьяволица. — Я ждала чего-то подобного от тебя, только, глядя на твою «дочь по крови», я в упор не вижу в ней проблем и ограничений «отпрыска». Полноценный Истинный, если вообще не молодой Лорд.

— Эндаэль тоже так думает, но не забывай, что наши знания не то что по первородным основателям линий крови, но даже просто чистокровным вампирам базируются на книгах не то чтобы сомнительного, но пересказанного с чужих слов содержания, — напомнил я девушке. — Причём даже сами вампиры, состоящие в не самых оторванных от цивилизации ковенах, тоже максимум слышали легенды о таких существах, но не имели никакой достоверной информации.

— Ну, теперь, если будет нужно, мы сможем прикупить нужные знания в Геенне — слуги Оркуса в Ползучем Городе вполне себе объявляются.

— Возможно… Но дать Ю Лан немного моей крови всё же стоит — хуже точно не будет. Однако, подозреваю, этот разговор ты завела с какой-то целью.

— Верно-верно, — покивала Шеллис. — Раз мы выяснили, что обращать ты вполне можешь, и обращённые получаются очень даже ничего, как насчёт немножко покусать твоих остроухих любимиц не только в постельной игре, но и более… интенсивно?

— … Зачем это тебе? — тема разговора не особо мне нравилась.

— М-м-м, допустим, эти смертные… не такие уж раздражающие, как большая часть их вида. Однако они смертные. И срок годности у них ограничен. Наша сладенькая малышка-повар уже прожила треть отмеренного ей срока. Даже с учётом сердец драконов и занятий магией через сто лет она станет уже старухой, через двести-триста — умрёт.

— Тебе они нравятся, и ты не хочешь, чтобы они состарились и умерли, — перевёл я измышления фамильяра.

— Я сказала, они «не такие раздражающие», — прошипела дьяволица, возмущённая таким гнусным поклёпом. Чтобы она, честное исчадие Девяти Адов, — и проникалась к кому-то симпатией⁈ — И не уходи от темы!

— Не ухожу, — отвечаю, не забыв, впрочем, шлёпнуть по попке распоясавшуюся дамочку. — И будет глупо отрицать, что и сам думал об этом. Вот только у твоего предложения есть масса подводных камней.

— Например? — она вскинула бровь.

— Например, образ жизни. Нас всех. Сейчас я тифлинг, возможно, дампир, что весьма уважаем, имеет безупречную репутацию с дворянством и особняк в столице одного из самых богатых и развитых государств мира. Однако вампирский ковен подразумевает уже совсем другой уровень жизни и проблем. Сама же помнишь, что мы устроили с теми двумя кланами в Сузейле и Арабеле.

— Ага, сколько там они спокойно жили, пока с ними не случился ты? Восемь веков? Десять? К тому же с твоим талантом к переделыванию сознания и отсутствием привязки к могиле потребуется лишь немного усилий и раз лет в пятьдесят — переезд или что-то в этом роде.

— Я подумаю над этим, — в словах девушки был резон. Но стоило как следует взвесить все «за» и «против», поговорить с моими женщинами. Например, я не уверен, что у Линвэль не возникнет проблем с магией природы, да и Тмистис тоже может иметь по поводу таких перемен своё мнение. Опять же, пока не ясно, сможет ли Ю Лан обзавестись сходной с моей устойчивостью к свету, так что требуется понаблюдать за ней хотя бы пару-тройку лет и разобраться с этим моментом. Да и в целом приглядеть, чтобы потом не было нежданчиков, а то ведь Дифтериус заявлял, что при обращении в исчадие по первому времени тоже изменений психики не будет, зато потом… Словом, спешить в таком деле точно не стоило.

— Подумай, — улыбнулась дьяволица. — Ну а пока мы остались наедине в твоём заклинательном чертоге, — жест рукой, и её одеяние красиво растворяется в багровом свечении, оставляя мне вид на соблазнительное тело с уже затвердевшими вершинками на алых, как и остальная кожа, холмиках, — я требую своей доли внимания. Не всё же тебе всяких миленьких ушастых лисичек на алтаре раскладывать, я тоже хочу пораскладываться!

Кое-кто нарывался. Ну и радикально закрывал тему. Впрочем, почему бы и нет? Планов на этот вечер у меня не было.

— Значит, на алтаре? — уже основательно и конкретно спускаю ладони с её талии на упругую попку.

Вместо ответа любительница необычных мест с жаром впилась мне в губы, сразу пуская в дело юркий язычок.

Что же, попробуем и на алтаре.